Я испекла кексы вчера, перед той злополучной поездкой на квадроцикле в город. Быстрый взгляд на поднос, находящийся на столе, дал понять, что нескольких штук не хватало. Кое-кто все-таки приходил домой. У меня потеплело в груди.
Дрейк кивнул и жестом показал, что угостится кофе и выпечкой позже. Затем отступил назад, указывая на радиатор и водонагреватель, расположенные в сарае, пристроенном к хижине.
– Дрейк. – Я коснулась его руки, прежде чем он скрылся из виду. Он повернулся ко мне, его нежный взгляд упал на мои губы. – Ты не видел Скотта? Возможно, ты знаешь, где он?
Давайте будем честны: Скотт, по сути, победил. Я не могла продолжать так жить. Я ненавидела то, что он взял надо мной верх, но комфорт был важнее, чем гордость. Моя работа критически важна, и я не могла выполнять ее в таких условиях. Не на долгосрочной перспективе. Определенно не в течение трех лет. Сегодня я уезжала, и нужно было предупредить Скотта, что, когда я вернусь, условия нашего проживания должны измениться. Я даже готова снять какую-нибудь квартирку в городе, чтобы он мог пожить у меня.
Смущенный вопросительный взгляд, которым ответил Дрейк, был просто очарователен. Я, однако, слишком сильно продрогла и страдала от похмелья, поэтому не могла долго им любоваться.
Дрейк достал телефон из заднего кармана джинсов и набрал текст.
Я моргнула. Затем еще раз и еще. Информация произвела эффект ядерной бомбы. Я попыталась выровнять дыхание, изо всех сил стараясь контролировать свою реакцию, как делала всегда. Я чертовски гордилась собой, потому что готова была взорваться, как Йеллоустонский гейзер, но сдерживалась. Тем не менее унять жар, который поднимался по шее и заливал лицо, не получалось.
Я мысленно прокрутила в голове снимки Скотта, сделанные много лет назад. Интуиция не подвела. Эта хижина была не в его стиле. Он все это время обманывал меня. Пока я была близка к тому, чтобы заболеть… или совершить убийство. Пока не уверена, что более вероятно. Скорее всего, и то, и другое.
– То-о-очно, – ответила я, задыхаясь.
Мысли находились в беспорядке, отчего даже такое простое слово я произнесла с большим трудом.
– Напомни, пожалуйста, как мне туда попасть? – спросила я.
Он напечатал:
Я заставила себя улыбнуться.
– Спасибо.
Дрейк вздернул подбородок и обошел хижину. Как только он скрылся из виду, моя улыбка исчезла, и я перешла к активным действиям. Одеяло, накинутое на плечи, полетело на пол, я натянула ботинки. Затем направилась прямиком к сараю, Ромео и Джульетта последовали за мной. Вчера я видела там горный велосипед.
Оседлав его, я взглянула на своих верных лохматых друзей.
– Пришло время выбить из вашего хозяина дерьмо.
Его дом был великолепен. По приблизительным подсчетам, его территория занимала около десяти тысяч квадратных футов. Натуральный камень, стекло и полированное дерево. Он смотрелся органично на фоне потрясающего пейзажа. И все же я не могла по достоинству его оценить. По крайней мере пока. Намного, намного, намного позже я бы сделала это. Однако в тот момент легкие жгло после поездки в гору, икры и ягодицы ныли, а внутри дома все еще находился человек, из которого я могла бы испечь пирог.
Пыхтя от негодования и безуспешно пытаясь отдышаться, я подъехала к входной двери с огромным выступом из дерева и камня сверху и бросила велосипед на подъездной дорожке. Испытывая сильную боль, я споткнулась; легкие горели сильнее, чем квадрицепсы. Схватив камень среднего размера, я пару раз подкинула его на ладони и решила, что его веса хватит, чтобы нанести имуществу моего засранца-мужа серьезный ущерб. Затем я изо всех сил швырнула его в одно из панорамных окон, вскрикнув от удовлетворения. Камень попал точно в центр, но издал глухой звук и упал обратно на землю, не оставив даже царапины. От разочарования мне снова захотелось закричать.
Адреналин и жажда справедливости заставили ноги двигаться. Поднявшись по лестнице к входной двери, я нажала большим пальцем на кнопку звонка и не отпускала ее до тех пор, пока с другой стороны не послышался женский голос.
– Да иду я, черт возьми!
Если это клоун, я точно надеру ему задницу.
Входная дверь распахнулась, на пороге появилась отнюдь не стройная модель, но, тем не менее, очень высокая женщина. Она, однако, была бы в конце «списка идеальных» по Рубенсу[13]. Это была женщина средних лет с короткими рыжими волосами, широкими плечами и глазами необычного голубого оттенка. Собаки проскочили мимо меня в дом, как будто делали это миллион раз, и давление у меня подскочило до небес.
Женщина заметила мой потрепанный вид – взъерошенные волосы, румянец, появившийся на щеках от перенапряжения, безумный взгляд, – и ее губы, покрытые розовым блеском, изогнулись в ухмылке.
