Магура слушал возчика и удивлялся: «Отчего обезоружили Нетребина, а меня не удосужились обыскать? Забыли по причине неопытности, молодости? Почему Нетребин излишне спокоен, словно не встал вопрос о его жизни, не пытается оказать сопротивление? Втроем мы справились бы с юнцами в два счета. Все смахивает на провокацию».
Чекист косо взглянул на возчика – Селиван безразличным, даже скучающим взглядом, словно все происходящее его ничуть не волнует, уставился в хвост мерина.
Чоновец подтолкнул Нетребина дулом карабина, увел за ближайший курган, другой боец обернулся к Магуре.
– И ты, попутчик, слезай. Неспроста с Нетребиным ехал, видать, дружки с ним, знать, и тебе прямой путь на небеса. Сродственника уже не увидишь, харчей не прикупишь, они мертвяку ни к чему. Коль нет документа, пойдешь следом за Нетребиным.
За плешивым холмом грохнул выстрел.
Магура ударил ногой в живот парня, и тот свалился, на второго направил наган. Нажал спусковой крючок, но вместо выстрела раздался сухой щелчок. Тогда чекист вырвал у опешившего чоновца карабин, огрел им парня, передернул затвор и услышал за спиной:
– Отставить, прапорщик!
Магура обернулся: из-за холма выходил невредимый Нетребин.
– Пожалейте молодежь, рано им в землю ложиться, должны жениться, детьми обзавестись.
– Что это значит? – строго спросил Магура. – Проверяли?
Нетребина вопрос ничуть не смутил.
– Угадали. Исполнял приказ атамана. Ослушаться, как понимаете, не мог. Лично я поверил в вашу благонадежность, что вступаете в отряд не по чьему-то наущению, не по подсказке ЧК. Но атаман настоял на проверке. – Нетребин присел возле пострадавшего парня, у которого по голове стекала струйка крови. – Сильно попало? Не журись, Гришатка, главное, жив, до свадьбы заживет. Отлежишься пару деньков и вернешься в строй, – обернувшись ко второму парню, продолжающему держаться за живот, добавил: – И ты не держи злобу на господина прапорщика. Никто не ожидал, что окажется расторопнее всех.
Селиван стал перевязывать раненого, успокаивать:
– Цел кумпол, лишь кожу рассекло, оттого и кровь выступила. Скажи спасибо господину офицеру, что не прибил до смерти, ударил не шибко сильно, не по лбу иль в висок, тогда бы вышел полный каюк.
Нетребин подошел к мрачному Магуре.
– И вы не гневайтесь. Проверка была необходима. Нельзя малознакомому распахивать объятия, не удостоверившись в ваших намерениях.
Магура продолжал играть роль обиженного.
Селиван помог уложить Гришку на подводу, уселся на облучок, хлопнул кнутом, и навстречу подводе вновь поплыла полынная степь.
От нестерпимого пекла страдали и на подводе, и лжечоновцы, и конь, еле передвигающий ноги, отчего Селиван то и дело понукал его, подхлестывал.
В жбане давно закончилась вода, жажда мучала каждого, поэтому несказанно обрадовались развесистой дикой груше, под тенью которой можно было отдышаться, хотя воздух и пропитал запах тлеющего кизяка. На счастье, неподалеку был колодец, первым напоили раненого, затем Нетребин с Магурой сняли рубашки, окатили себя водой.
На развилке подвода свернула к стоящему на отшибе хутора Чир дому с сараем, конюшней, огородом.
– Тут вам квартировать, – объяснил чекисту Нетребин. – В хоромах Селивана будете, как у Христа за пазухой. При вас оставлю Гришку, до его хутора далековато, пусть оклемается. – Когда встречусь с атаманом? – поинтересовался Магура.
– Наберитесь терпения, это Червонному решать, – Нетребин уселся в седло Гришкиного коня и ускакал в сопровождении лжечоновцев.
Магура с Селиваном перенесли раненого в курень, уложили на кровать с высокой постелью. Парень засмущался: – Чего уж… сам я… Селиван перебил: – Нечего показывать гордыню. Лежи, не ерепенься. Набирайся сил. Магура поправил под головой Григория подушку.
– Извини, но во многом виноват ты сам, не стоило участвовать в провокации.
– Точно, моя вина, не сумел увернуться, – признался парень. – Не ожидал, что вдарите, да сильно как. Магура присел на край кровати.
– Как считаешь, долго мне придется бездельничать? Прибыл не бока отлеживать, в потолок поплевывать. Хочу поскорее заняться делом, рассчитаться с теми, по чьей вине попал за решетку, бежал из города.
– Вопрос не ко мне, Нетребина спросите, а еще лучше атамана.
– Опиши атамана. Каков он?
