-- Может, нарядиться в простыни, как привидения?
Я выразительно посмотрела на нее, разве что у виска пальцем не покрутила, но она догадалась, что я имела в виду, и обиженно замолчала.
-- Чем тебе не нравятся мои идеи? - через некоторое время пробурчала она, не выдержав напряженного молчания.
-- Тем, что они глупые! Леди Лангшмивара и ее дочь прожженные особы, и их детскими выходками не испугаешь. Только себе навредишь. Нет, тут надо придумать что-нибудь тонкое и более действенное, - растолковывала я.
-- Тогда предложи сама какой-нибудь потрясающий план, раз такая умная, - с долей ехидства в голосе заявила она.
Но предложить мне было нечего. Обменявшись одинаково кислыми взглядами, мы одновременно вздохнули. Мда, задачка-то не из легких!
-- Иллина, а ты не знаешь, среди королевских посланцев есть холостые? - через некоторое время спросила я.
-- Не знаю, но могу выяснить, - живо ответила она.
-- Попробуй побыстрее решить этот вопрос, - дала я ей поручение. - А я постараюсь узнать, что боятся наши высокородные леди.
Разделив обязанности, мы вернулись в большую гостиную. Похоже, нашего отсутствия никто не заметил, лишь баронесса вопросительно посмотрела и, улыбнувшись, кивнула головой. За время нашего отсутствия мужчины уже присоединились к обществу. Барон Калош, графиня Терблин, старший Зариш и наш хозяин обсуждали урожай этого года и рассуждали о видах на следующий. Остальные гости откровенно скучали - дамам надоел разговор о моде, так как он получался односторонним, хотя леди Кассильда явно наслаждалась вниманием, а молодым людям он не доставлял удовольствия изначально. Поэтому предложение леди Веллианы устроить небольшой концерт все восприняли с энтузиазмом.
Слуги принесли из музыкальной комнаты арфу, свирель, флейту, лютню и гитару, чтобы гости могли выбрать любой инструмент. Одна из граций (кто из них кто, я так и не сумела запомнить) взяла лютню и довольно недурно сыграла небольшую пьесу. Ее сестра взяла в руки флейту, чтобы теперь сыграть дуэтом, но тут вмешалась леди Лангшмивара:
-- Вы обязательно должны попросить мою дочь вам спеть. Господин Шаэл, придворный композитор, утверждает, что у нее дар, и жалеет, что в связи с положением в обществе она не может выступать на сцене. Это такая потеря для публики.
Мужчины захлопали:
-- Просим! Просим!
-- Ну что вы! Я не смею, - жеманно улыбнулась она. - Маменька, вы меня смущаете. Не так уж я хороша.
-- Не надо стесняться, дорогая. Смелее, доченька, видишь, публика просит, - подбодрила ее мать.
Общество ее поддержало. Девушка подошла к сестрам и что-то прошептала. Одна из них согласно кивнула головой.
-- Раз вы все просите..., - помявшись для приличия, произнесла леди Кассильда и объявила. - Сейчас я исполню свою самую любимую балладу "Домис и Лорелла".
Раздались мягкие аккорды лютни, к ним присоединилась печальная мелодия флейты. Я закрыла глаза, слушая мягкие переливы мелодии, и тут раздался визгливый женский голос, перебивая очарование музыки неблагозвучием. У меня сразу стало ломить виски. Оглядевшись, убедилась, что не у меня одной, уж больно мученическое выражение было на лицах всех присутствующих. К сожалению, баллада о любви королевы и менестреля была длинной и изобиловала изысканными трелями и другими музыкальными украшениями. На особо высоких нотах появлялся звон в ушах. Надежда на скорое окончание пытки умерла, так и не родившись.
Я попробовала отвлечься, размышляя, как нам с сестрицей претворить наш план в действие, но "пение" не давало сосредоточиться. С трудом удалось дождаться окончания баллады. Мы вежливо похлопали, поблагодарили за "чудесное исполнение". Обрадованная всеобщим вниманием девушка выразила желание усладить слух игрой на гитаре. Я уже приготовилась, что она будет играть также ужасно, как перед этим петь, но, к моему удивлению, Кассильда действительно хорошо играла. Даже удивительно!
Теперь аплодисменты были искренни.
Не желая казаться хуже, чем леди Кассильда, Иллина тоже решила спеть. Наступив на собственную гордость, она попросила соперницу аккомпанировать ей. Бархатный грудной голос сестры с мастерским сопровождением буквально заворожил Дарка, он, не отрываясь, наблюдал за обеими девушками. Леди Лангшмивара сидела, гордо выпрямив спину, как будто во всем происходящем была ее заслуга.
После исполнения нескольких баллад гости почувствовали усталость и стали расходиться по своим комнатам. Иллина собрала ноты, после чего слуги отнесли их и инструменты обратно в музыкальную комнату.
Сестрица, светясь от удовольствия, подошла ко мне.
-- Ну как, Верена, я хорошо пела? - волнуясь, спросила она.
-- Ты пела замечательно, - уверила я ее. - Дарк не сводил с тебя глаз.
-- Правда?
-- Честное слово.
-- Надеюсь, он понял, что я лучше ее, - с ноткой самодовольства заявила она.
-- Знаешь, Иллина, - задумчиво заметила я, - леди Кассильда действительно очень хорошо играет. Без ее сопровождения не получилось бы так завораживающе.
-- Ты что, симпатизируешь этой бледной моли? - возмутилась она. - А как же я? А твое обещание помочь нам?
