Наблюдая за леди Кассильдой, я вдруг поняла, что она действительно увлечена музыкой и получает удовольствие от игры на гитаре. Пускай у нее не было голоса, но играла она чудесно, чувствуя каждой клеточкой переливы мелодии. Придворный композитор был полностью прав, у девушки действительно талант, который редко встретишь среди дам высшего света.
Дойдя в своих размышлениях до этого момента, я вдруг вспомнила еще один момент, который меня смутил - весь вечер Дарк оказывал повышенное внимание сестрице, а леди Кассильда никак не отреагировала на такое возмутительное поведение жениха. Неужели ей безразлично такое пренебрежение к себе?
Поняв, что уже окончательно запуталась в вопросах, на которые пока нет ответов, я постаралась выкинуть их из головы и поспать. Замысел был хорош, но я была настолько взбудоражена событиями прошедшего дня, что сразу заснуть не смогла. Меня пугало, что предстоит провести целую неделю среди этих людей, и каждый день бояться осрамиться.
Проворочавшись полночи, я, наконец, провалилась в тяжелый тревожный сон.
Утром я проснулась поздно совершенно разбитая, с ужасной головной болью. Нет, все-таки приемы, длящиеся далеко за полночь, не для меня.
С трудом разлепив глаза, я еще долгое время лежала на постели, собираясь с духом, чтобы встать на ноги. Поняв, что откладывать неизбежное до бесконечности невозможно, я решительно откинула одеяло. Это движение отдалось резкой болью, и мне пришлось некоторое время переждать, пока она хотя бы немного утихнет. Затем, словно столетняя старуха, опустила на пол сначала одну ногу, потом другую. Собрав всю волю в кулак, я рывком приняла вертикальное положение и тотчас почувствовала подступившую тошноту.
Причина столь ужасного самочувствия была очевидна - бодрствование в то время, когда тело привыкло отдыхать, непривычная еда, слишком крепкие для меня напитки, которые я вынуждена была пить, чтобы не обидеть хозяев, хотя в основном старалась воздерживаться, нервное напряжение. Теперь организм демонстрировал протест за такое пренебрежение к его привычкам.
Посмотрев на себя в зеркало, я немного успокоилась - оказалось, что я выгляжу значительно лучше, чем себя чувствую. Лишь слегка припухшие веки выдавали усталость моего тела.
Я подошла к шкафу и открыла дверцы. Как и обещала леди, в шкафу висели платья сестрицы, которые матушка собрала для меня, считая, что они выглядят более прилично, чем собственные. Выбрав синее платье самого простого покроя, я оделась. Задумавшись о том, как самостоятельно застегнуть на спине длинный ряд пуговок, я и не заметила, как в комнату вошла горничная.
-- Ой, вы уже встали? - воскликнула девушка и быстро подошла ко мне. - Разрешите, я вам помогу. Надо было позвонить в колокольчик, когда вы проснулись, я бы помогла одеться.
-- Я не привыкла, чтобы мне прислуживали, - смущаясь, произнесла я.
Она застегнула многочисленные застежки и расправила платье. Затем, посадив меня перед зеркалом, начала расчесывать волосы. Я решила, что сейчас самое время узнать о происходящем в доме.
-- Скажи, а много гостей уже встало? - как бы между прочим спросила я.
-- Ваша сестра проснулась около часа назад. А леди Кассильда встала часа два назад, позавтракала у себя в комнате и уже ушла погулять в сад. Она взяла с собой альбом для рисования и велела, чтобы до обеда ее никто не беспокоил.
Я удивилась, леди Кассильда не производила впечатление девушки, у которой привычка рано вставать. Однако неплохо было бы воспользоваться этой ситуацией и познакомиться с ней поближе. Только сначала надо узнать планы Иллины на сегодняшний день.
Я попросила горничную не делать сложную прическу, а ограничиться чем-нибудь попроще. В результате непродолжительной борьбы с волосами, которые после вчерашнего издевательства, которое сестра именовала изысканной укладкой, запутались и напоминали пучок пакли, прислуживавшая мне горничная заплела косу и уложила ее на затылке в изящный узел.
Я поглядела на свое отражение в зеркале и убедилась, что выгляжу прекрасно. Теперь можно и на люди показаться. Поблагодарив горничную за помощь, я спросила ее, где находится комната сестрицы.
-- Направо по коридору, шестая дверь, - лаконично ответила она.
Заправляя постель и прибирая комнату, она сообщила, что завтрак будет подан в столовой через час, и высказала просьбу баронессы не опаздывать. Убедившись, что девушка ушла, я на цыпочках пробралась к двери указанной комнаты и тихонько постучалась:
-- Иллина, открой дверь. Это я, Верена. Нам надо поговорить, - тихо произнесла я.
-- Мне не о чем с тобой разговаривать, предательница, - ответила из-за двери она.
Я тяжело вздохнула, значит, не забыла своего вчерашнего нелепого обвинения.
-- Иллина, не говори ерунды. Открой дверь, и мы с тобой во всем разберемся. Надо наметить план наших дальнейших действий, - попробовала я урезонить ее.
-- Я и без тебя прекрасно справлюсь. Кое-какие шаги в этом направлении уже предприняла, так что в твоей помощи больше не нуждаюсь, - заявила она.
Меня охватила легкая тревога. Интересно, что она учудила?
