Вдвоем они идут через дюны к своему лагерю.
«А костер-то горит?» – спрашивает себя Рут. Теперь они не всегда оставляют костер: слишком много лет прошло, они почти расстались с надеждой на то, что их найдут. Буквы SOS, которые они выложили на песке, тоже не всегда видны. Часто ветер засыпает песком выложенную камнями надпись. Время от времени они расчищают ее, но, похоже, это бесполезно. За долгие годы Рут и Ник поняли, что помощь не придет. А что, если сейчас, именно в этот день, на горизонте появилось судно, а они не могут подать ему никакой сигнал? Пульс Рут учащается. Держа за руку дочку, она прибавляет шаг, насколько это возможно. Они приближаются к берегу, и Рут напрягает зрение, вглядываясь в линию горизонта.
Глаза уже утратили зоркость, хотя, когда Рут смотрится в покрывшиеся пятнами боковые зеркала пикапа, она отмечает, что они еще не мутнеют, как у того мужчины, который сидел с ними у костра много лет назад. Рут успокаивает себя тем, что мать ее всегда носила очки, да и отец, старея, тоже стал надевать очки при чтении и за рулем. Возможно, ее ухудшившееся зрение – это наследственность, а не признак надвигающейся болезни.
– Да где же, Майя? Покажи рукой.
Девочка стоит, приложив ладонь ко лбу, и смотрит в сторону горизонта.
– Не вижу, мам. – Майя грустно качает головой. – Ты слишком долго собиралась.
Молча обе пристально вглядываются в горизонт. Майя крепко держит мать за руку. Время идет, а они все стоят, застыв на одном месте. Рут нечасто удается постоять спокойно, всегда находятся какие-то дела. Она на секунду закрывает глаза, слушая плеск волн, облизывающих берег, и тихое дыхание – свое и дочери. У нее болят плечи и руки. В последнее время эта боль все чаще и чаще дает о себе знать.
Внезапно Майя стискивает ее руку.
– Мама, – выдыхает она с благоговением.
Рут открывает глаза. И видит белый бок синего кита, рассекающего волны немного ближе линии горизонта. Кит выгибает спину и на секунду зависает над водой, словно парит в воздухе.
– Майя! – выдыхает Рут, привлекая дочь ближе к себе.
– За жизнь без Алекса! – предлагает тост Энн, поднимая бокал.
– Бывай, Алекс. Не завидую тебе! – вторит ей Джим, чокаясь с женой.
– Я думала, он вам нравится.
– Нам пришлось согласиться с твоим выбором.
– Что? – спрашивает Рут, заметив, как переглянулись родители.
– Он очень симпатичный парень, дорогая, но больно уж… самовлюбленный.
– Я ничего не имею против его увлечения политикой, но нам с мамой не нравилось, как он общается с тобой, Рути.
Все выходные Рут пыталась гнать из головы гневные слова Алекса, эхом отзывавшиеся в сознании.
К родителям она приехала, чтобы не мешать ему собирать вещи и избежать дальнейших пререканий, но, находясь рядом с мамой и папой, то и дело невольно вспоминала его обвинения. Папа встретил ее на вокзале – значит, с ней сюсюкают? Мама сказала, что гордится ею, – значит, ее балуют? Неужели быть любимой родителями – это преступление?
– Рядом с ним ты была сама на себя не похожа, а на Пасху… на Пасху ты была такой грустной. – Энн берет Рут за руку. – Ну ладно, это уже позади. Что дальше?
– Что там с твоей поездкой? Есть какие-то подвижки? – любопытствует Джим.
– Да, забудь про Алекса. Расскажи нам про китов, – просит Энн, наливая вино в бокал Рут.
Голос Алекса громко звучит в ушах, и она старается отрешиться от него. Пусть он высмеял ее затею, но она не позволит ему испортить это путешествие.
После ужина Джим включает свой компьютер, и они втроем садятся перед монитором, читают об организации, с которой связалась Рут.
– Рут летит на другой конец света спасать китов! – радостно сообщает Джим ее тете по телефону, включив громкую связь.
– Это просто отпуск. Но я попытаюсь совместить приятное с полезным, – тихо объясняет Рут. Ее слова тонут в гуле голосов, поднявшемся на другом конце провода после сообщения отца.
– Рути, надеюсь, ты не будешь там только работать и работать? Найдешь время для развлечений? – Энн довозит ее до железнодорожного вокзала.
– Там сейчас лето. Наверняка у меня будет время и на пляже позагорать, и почитать.
Энн подмигивает, и тем же вечером Рут получает от нее в подарок оплаченный аккаунт в электронной библиотеке с сообщением: «Почитай, когда не будешь спасать китов. Мама».
Это не последний подарок Энн. Она всю жизнь баловала Рут, но сейчас, перед отъездом единственной дочери, ее забота принимает удивительный размах. Рут представляет, как отреагировал бы Алекс на эти ежедневные посылки. Перед работой она забирает с почты пакеты с самым разным наполнением: флягой для воды, походной аптечкой, швейцарским многофункциональным ножом, плотными носками, угольным карандашом, который может очистить «даже непроточную воду», миниатюрным справочником по выживанию в буше.
– Мам, вообще-то в Новой Зеландии
Рут благодарна за аптечку, но у мамы неверное представление об авантюризме дочери: Рут собирается жить в отелях и уютных гостевых домах, а не в хостелах и туристических лагерях.
