Снова пиликнул КПК. «Нет, так не пойдёт, нужно документальное подтверждение».
— А если я эту дату на стене напишу, сойдёт? — спросил я у окружения. Окружение не снизошло до ответа. — Видимо, нет. Ладно, будем искать.
С этими словами я отворил внутреннюю дверь. Петли, разумеется, тоже заскрипели, но двигались они не в пример легче — сказывалось отсутствие влаги, и внутри здание сохранилось гораздо лучше тех, что мы уже обследовали. Перехватив автомат поудобнее, я осторожно заглянул внутрь.
Если на проходной ещё что-то было видно благодаря свету, проникающему во входную дверь, то внутри коридора царила почти полная тьма. Поводив туда-сюда лучом фонаря и не обнаружив непосредственных угроз, я пошарил рукой сбоку от двери. Выключатель — старинный, поворотный, толстого пластика — нашёлся именно там, где ему и положено находиться. Я с усилием повернул рукоятку, и, о чудо, коридор озарился светом. Правда, горели, в лучшем случае, половина ламп, но и этого было достаточно, чтобы видно было убранство помещения.
Внутри «управление» выглядело не в пример богаче и роскошнее, чем казённо-утилитарные интерьеры общаги, лаборатории и столовой. На полу лежал паркет, стены оклеены дорогими обоями и украшены картинами, через каждые три метра стоят здоровенные кадки с останками растений, на потолке — разлапистые люстры с висюльками, короче, дорого-богато.
Мы прошлись по коридору взад-вперёд, держа оружие наготове. Рассохшийся паркет дико скрипел и пружинил под ногами, но толстый слой пыли на нём выглядел нетронутым. В обе стороны коридора выходили двери кабинетов, и там ничего необычного, на первый взгляд, не обнаружилось. «Главный инженер», «Завхоз», «Бухгалтерия» — убранство помещений полностью соответствовало табличкам. Столы, стулья, шкафы, куча бумаг и документов. Полуразобранная радиола на столе главного инженера, куча хлама по углам у завхоза, красивый чайный сервиз и самовар у бухов… И всё покрыто толстым, нетронутым слоем пыли. В левом конце коридора располагался туалет — на этот раз, с нормальными унитазами, а в правом — лестница, ведущая на второй этаж. Я сверился с биорадаром — отметка горела прямо в противоположном конце коридора, почти над туалетом. Держа оружие наизготовку, я медленно поднялся наверх.
Здесь свет не горел, в выключатель на стене на все мои действия только презрительно потрескивал. Пожав плечами, я врубил фонарь на максимум. Коридор выглядел точно так же, как и внизу, только был заметно короче и заканчивался большой и красивой дверью — видимо, именно там заседал Самый Важный. И именно там горела отметка на биорадаре. И опять нетронутый слой пыли…
Кроме главной двери, по бокам коридора их наличествовало ещё четыре штуки. «1-й зам», «2-й зам», «Архив», «Особый отдел»… Я заглянул в последнюю. Кроме наличия трёх здоровенных сейфов, ничем особенным он не выделялся. Кабинеты замов хоть и удивили, но только совершенно не подходящим подобным объектам оформлением — это потом осмотрим, ну а архив — он и в Африке архив. Тяжёлым взглядом я уставился на дверь со скромной табличной «Директор».
— Вась, взглядом ты эту дверь не пробуравишь, экспертно заявляю. — прошептала Даша, встав рядом. Подруга прямо-таки излучала нервозность и тревогу, оружие так и плясало у неё в руках. — Не нравится мне это помещение, может, ну его нафиг?
— Назвался груздем — проводи разведывательно-штурмовые мероприятия. — прошептал я. — Но мне эта дверь тоже не нравится. Так и подмывает предварительно закинуть туда пару гранат. А ведь кабинет директора по-любому оснащён окнами, давай попробуем снаружи заглянуть?
Сказано — сделано. Выйдя наружу и обойдя строение, мы моментально выявили искомые окна — их было три, здоровых, практически в стык. С земли, правда, ничерта не видно было даже в бинокль, поэтому я залез на вагон, стоящий рядом, и оказался почти на одном уровне с кабинетом. Правда, видно всё равно было очень плохо — снаружи светило яркое солнце, а внутри царил полумрак, и кроме стола и кресла ничего рассмотреть толком не удалось, даже в оптику. Однако, за десять минут внутри не последовало никакого движения, и это уже странно. Дрыхнет оно там, что ли? Так и подмывало расстрелять стёкла, тогда внутренности помещения можно будет рассмотреть наверняка. Однако, тогда неведомая хтонь точно проснётся, а это нежелательно. Вздохнув, я слез с крыши вагона.
— План такой. — с бодрым видом я принялся рассказывать свою придумку подруге. — Дверь открывается наружу. Привязываем верёвку, тянем-потянем, распахиваем. Возможно, этого будет достаточно, чтобы понять, с чем мы имеем дело, проём широкий.
— Попытка — не пытка. — пожала плечами Даша. — Давай так и сделаем.
