Он лежал на спине на жёсткой, липкой поверхности. Попытавшись поднять плечи, он понял, что футболка прилипла. Его словно приклеили. Из-за инъекции у него отнялись и руки, и ноги. На голове по-прежнему был мешок, и он ничего не видел. Он знал, что его погрузили в моторную лодку и отвезли на берег. Там его переложили в какой-то фургон и привезли сюда. Он услышал шаги, потом его грубо схватили и потащили. В транспортировке, судя по всему, участвовали три или четыре человека, но они почти ничего не говорили. Один раз он услышал тот же голос, что обратился к нему на лодке. Тот произнёс пару слов на испанском. Но голос был настолько неразборчивым, слова настолько искажены, что Алекс так и не понял, что же имелось в виду.
Чьи-то пальцы коснулись его шеи и резко сдёрнули с головы мешок. Алекс моргнул. Он лежал в огромном зале, который, похоже, служил складом или каким-то помещением фабрики; крышу поддерживали металлические переборки, с них свисали лампы. Стены были сложены из отбелённого кирпича, пол выложен терракотовой плиткой. По обе стороны от него стояли какие-то машины – судя по всему, сельскохозяйственные и чуть ли не столетней давности. Цепи, вёдра, сложная система лебёдок, присоединённая к шестерням, которым было самое место в каких-нибудь старинных часах, а рядом с ними – пара глиняных котлов. Алекс повернул голову; с другой стороны тоже стояли котлы, а вдалеке – система фильтрации, от которой в разные стороны ветвились трубы. Он понял, что лежит на длинном конвейере. Он попытался встать или хотя бы откатиться в сторону, но тело не слушалось.
Перед ним стоял какой-то человек.
На Алекса смотрела пара глаз, которую, впрочем, трудно было назвать «парой». Они располагались на лице неровно, один из них был налит кровью. Интересно, он хоть видит? Этот человек явно когда-то получил ужасное ранение. Одна сторона головы была совершенно лысой, рот перекошен, а кожа казалась мёртвой. На конкурсе красоты он бы безнадёжно отстал даже от большой белой акулы.
За его спиной стояли двое смуглых, неулыбчивых рабочих, неряшливо одетых, с усами и в банданах. Оба молчали и с явным интересом смотрели на происходящее.
– Как тебя зовут?
Движения рта жуткого человека не совсем соответствовали словам, которые он произносил. Алексу показалось, словно он смотрит кино с плохим дубляжом.
– Алекс Гардинер, – ответил Алекс.
– Настоящее имя?
– Я только что вам сказал.
– Ты лжёшь. Твоё настоящее имя Алекс Райдер.
– Зачем спрашивать, если вы знали?
Его собеседник кивнул, словно это был вполне резонный вопрос.
– Я Конрад, – сказал он. – Мы уже встречались.
– Правда?
Алекс задумался, потом вспомнил. Человек в соломенной шляпе и тёмных очках, который хромал по деревянному тротуару в Майами!
Конрад наклонился вперёд.
– Почему ты здесь? – спросил он.
– Приехал на каникулы с мамой и папой. – Алекс решил, что пора притвориться обычным четырнадцатилетним мальчиком. – Где они? – напряжённо спросил он. – Зачем вы меня сюда привезли? Что случилось с человеком на лодке? Я хочу домой!
– Домой – это куда? – спросил Конрад.
– В Лос-Анджелес. Де-Флорес-стрит, Западный Голливуд.
– Нет, – без тени сомнения ответил Конрад. – Акцент у тебя убедительный, но ты не американец. Ты англичанин. А людей, с которыми ты сюда прибыл, звали Том Тёрнер и Белинда Трой. Они были агентами ЦРУ. Сейчас они уже мертвы.
– Я не знаю, о чём вы. Вы, наверное, ошиблись.
Конрад улыбнулся. По крайней мере, одна половина его рта улыбнулась, другая же лишь слегка дёрнулась.
– Врать мне – глупость и пустая трата времени. Я должен знать, почему ты здесь, – сказал он. – Допрашивать ребёнка – необычный для меня опыт, но он мне точно понравится. Ты остался один из всей команды. Расскажи мне, Алекс Райдер, зачем ты приехал на Кайо-Эскелето? Что ты планировал делать?
– Ничего я не планировал!
Несмотря ни на что, Алекс всё равно предпринял последнюю попытку. Он по-прежнему говорил с американским акцентом.
– Мой папа – продюсер кино. Он никак не связан с ЦРУ. Кто вы? Зачем вы привезли меня сюда?
– Я теряю терпение! – Конрад надолго замолчал, словно разговор отнимал у него слишком много сил. – Скажи мне то, что я хочу знать.
– Я приехал на каникулы! – сказал Алекс. – Я уже говорил!
– Всё, что ты говорил, – ложь. А теперь ты скажешь мне правду.
Конрад наклонился и взял в руки большую металлическую коробку с двумя кнопками – одна красная, одна зелёная, – присоединённую к толстому кабелю. Он нажал зелёную кнопку, и под Алексом сразу что-то дёрнулось. Зазвонил тревожный звонок. Где-то вдалеке послышался громкий визг – заработала какая-то машина. Через несколько секунд конвейер пришёл в движение.
