Дава зажмурился. В ушах до сих пор звучал стон Даны и крики оргазма. В тот момент он почувствовал, будто его член вырос в три раза. Но прибор остался таким же, просто это Давид вырос в собственных глазах. Страхи и комплексы, терзавшие все эти годы, в одночасье сгорели, словно мотыльки над огнем.
Ковалёв открыл глаза и с благодарностью посмотрел на хижину, в которой спала его спасительница. Да, именно спасительница, вот кем стала дня него рыжеволосая жрица любви. Она спасла его от тараканов, тех, что водились в голове и отравляли жизнь. С ней он почувствовал себя настоящим мужчиной.
Давид вспомнил своих нескольких проституток. Они тоже стонали и делали вид, что кончали — слабая игра плохих актрис. Он оплачивал эту фальшь, однако шлюхи не делали его счастливее. Ковалёв понимал, что никогда не сможет по настоящему удовлетворить женщину своим маленьким членом. И каждый раз от платного секса оставалось горькое послевкусие собственной никчемности. Теперь всё изменилось. Паутина комплексов, оплетавшая его мозг, порвалась.
«Дана, Дана, Даночка», — мысленно шептал парень с благодарностью. Он влюбился её, но понимал, что эта любовь обречена. Леденцова никогда бы не ответила ему взаимностью. Она как ангел снизошла сверху, сделала чудо и вновь возвысилась над всем миром. Впрочем, Давид и не требовал большего.
Из шалаша Оли и Лики донесся надрывистый кашель. Ковалёв с беспокойством приблизился и заглянул внутрь. Солнечная подалась ему на встречу:
— У Ольки лоб горячий. Промокла под дождём, простыла видать. Как бы до воспаления легких не дошло.
— Ох, ё моё. Я в медицине совсем ноль. Может тут какие-то растения есть лекарственные? Ты как тревел-блогер в них разбираешься?
— Без понятия! Ей бы согреться хорошенько. Костёр нужен. А тут такая сырость, брррр.
— Да, без огня никак…, но хоть ливень прекратился. Пойду на пляж, посмотрю на горизонт. Может там есть проблески.
— Хорошо, а я писать.
Все уже настолько сблизились, что почти не стеснялись друг друга. Лика пошлёпала в кусты, а Дава отправился к морю, хлюпая ногами по размокшей почве. Мерзость. Земля чавкала при каждом шаге. Их поляна с изумрудной травой раскисла и превратилась в настоящее болото. Дёрн не успевал впитывать влагу, а та всё продолжала падать с неба, как будто тучи вознамерились затопить остров.
Вскоре проснулись остальные члены племени. Все сразу обратили внимание на кашель Лариной. Блондинка не покидала шалаша, свернувшись клубочком на отсыревшей подстилке из травы и тонких веток.
Лев и Дана переглянулись. Они поняли, что тянуть больше нельзя и пора рассказать о своём тайном месте.
— Сходи к пещере и убедись, что в ней сухо. Когда вернешься — скажи, что только что нашел её.
— Я? — удивился Донской.
— Конечно, ты же вождь, — девушка провела пальцами по его широкой груди.
Лев кивнул и отправился к водопаду. Всю дорогу у него не выходила из головы эта фраза.
«Вождь…вождь…вождь… звучит не плохо. В принципе вряд ли кто-то может оспорить это кроме… Молло», — Донской вспомнил недавний колючий взгляд Чинеду. Раньше он так не смотрел.
«Неужели Давид прав и Молло что-то задумал? Нет, он не похож на отморозка. Мы можем поспорить, разойтись во мнениях, но не убивать же друг друга…. Надо мне поговорить с ним один на один. Он должен понять, что мы не враги».
Пока Лев «искал» пещеру, Давид вернулся в лагерь, но не принёс хороших новостей:
— Море штормит! Волны выше меня, весь пляж захлестывают. А на горизонте тучи одна черней другой. Сегодня опять мокнуть придётся…
И в подтверждении его слов, мощный порыв ветра сорвал крышу с хижины Кросса. А спустя минуту одна из пальм рухнула поперек поляны.
— Надо куда-то спрятаться! Мы тут погибнем! — взвизгнула Лика, прижимаясь к Молло.
— Можно вырыть землянку…, - предложил Ковалёв, но энтузиазма в его словах никто не услышал.
Оскара эта идея и вовсе взбесила. Он начал кричать и размахивать руками:
— А чем вырыть? Ногтями? Палками? Единственным ножиком?!
— Да угомонись ты! — рявкнула блогерша, — сам сначала предложи что-нибудь дельное!
Кросс заткнулся. Положение стало критическим. Стихия разошлась не на шутку, ураган свирепствовал. Даже здесь под защитой джунглей, их убежища не выдержали шквалистого ветра. Шалаши сыпались один за другим, крыши разлетались в разные стороны, две хижины завалились на бок.
— Эй! Я нашел пещеру! Все за мной! — спасительный голос Льва раздался в тот момент, когда отчаяние уже приблизилось к высшей точке.
— Пещеру?
— Где?
— Она большая? В ней сухо?!
— Дрова рядом есть?!
Залп вопросов заглушил жуткий свист и треск падающего дерева. Ствол упал совсем рядом с шалашами, едва не придавив Оскара. Тот завопил от страха, бросился в сторону и чуть не сбил Лику с ног.
— Берем все ветки, бревна и хворост, какие сможем унести. Дров там нет! Пещера на горе, зато река рядом!
