Популяции жирафов не грозит уничтожение, напротив, она медленно увеличивается, и, когда видишь величественных темноокрашенных самцов и элегантных светлоокрашенных самок, отдаешь должное старине Торникрофту, который, выйдя на пенсию, уделил немало времени изучению прекрасного экземпляра, выставленного в Музее естественной истории, скромно надеясь, что кто-нибудь ненавязчиво поставит вопрос о его авторстве в описании данного животного.
Наиболее интересное хищное животное долины Луангвы — гиеновидная собака. Еще в 40-х годах она официально считалась «вредным животным». На нее охотились, и ее травили мышьяком. Популяция ее уменьшается, отчасти, возможно потому, что подвержена всяким типичным для собак заболеваниям.
Теперь исключительно редко удается установить контакт с этими животными, которых путешественники прошлого видели большими стаями. За весь влажный сезон 1979 г. мне удалось выследить стаю из девяти собак, но, вернувшись в сентябре — октябре, я застала в той же стае лишь пять особей.
Гиеновидная собака внешне напоминает рисунок на конфетных обертках, выпускаемый фабрикой «Ирис» в финском городе Пори. Мех у нее будто подстрижен под современный молодежный стиль, весьма индивидуальной окраски — желтой, бежевой, серой и белой на темной плюшевой основе. Морда с крупными округлыми, торчащими вперед ушами, придает ей некоторое сходство с гиеной. Несмотря на индивидуальные особенности, у всех этих животных пушистый хвост с белым кончиком. Гиеновидных собак считают самыми опытными охотниками среди хищных животных. Конечно, иногда и у них бывают промашки, но все, кто изучал этих собак, поражались, насколько успешнее идет охота у них, чем у представителей кошачьих. Причина успеха — в умении преследовать намеченную жертву сообща и в течение длительного времени. Этим они напоминают волков.
Выбрав жертву, гиеновидные собаки, не разбирая дороги, иногда сквозь стада других животных мчатся за ней. Если же добыча все-таки ускользает, вожак стаи (чаще всего сука) меняет тактику и переключается на другую жертву. Для стайных животных это верная тактика: если бы у них каждый охотился поодиночке на разных животных, то успеха не достиг бы.
У гиеновидных собак существует определенная иерархия, и начинают они свои охотничьи вылазки с ревностного исполнения приветственных церемоний, которые с человеческой точки зрения напоминают вызов духов, но сама охота направляется инстинктом. Говорят, что если какая-нибудь из собак остановится передохнуть, то ее сменяет отдохнувшая соплеменница, которая теперь бежит впереди всех, а остальные сознательно держатся позади, чтобы суметь перехватить преследуемое животное, если оно изменит направление.
В долине Луангвы гиеновидные собаки охотятся в основном на импал, тогда как в Серенгети и Нгоронгоро они промышляют также гну и даже зебр. Когда собаки бросаются в преследование, импала убегает в Своего рода запрограммированном шоке, но она обретена. Быстро, с жадностью, проглотив куски мяса, собаки с набитыми животами медленно разбегаются. Если в логовах есть суки со щенками, собаки направляются домой и кормят их, отрыгивая полупереваренные жвачки. Щенки едят мясо уже в двухнедельном возрасте и очень рано обучаются умению вызывать рвоту50. Такое отрыгивание — очень важный элемент групповой организации собак.
Если нет щенков, они часто ложатся передохнуть и переварить съеденное недалеко от места охоты. Преимущественно такими я и наблюдала луангвских гиеновидных собак — довольных, общительных, игривых. Из всех животных, обитающих в кустарниковых зарослях, они меньше всего боятся человека, что в свое время позволяло легко их отстреливать. Иногда они приходили взглянуть на вездеход и укладывались в его тени, а затем, утратив к нему интерс, уходили в заросли.
Перед охотой стая таких собак производит иное впечатление. После приветственных церемоний сначала их движения кажутся бесцельными, суетливыми, но вот появляется нечто, обращающее на себя их внимание. Они останавливаются и напряженно замирают, вытянув носы по направлению ветра. Если объект охоты оказывается в поле зрения, какая-нибудь из собак встает на задние лапы, чтобы получше рассмотреть его. Когда затем стая приходит в движение, становится ясно, за каким животным ведется охота.
Одно из обвинений, которое защитники животных выдвигали раньше против гиеновидных собак, состояло в том, что они вызывали панику и уничтожали все живое на больших территориях в считанные недели. Подчеркивалась также их жестокость — довольно своеобразный аргумент для отважных охотников, готовящихся к длительной охоте, чтобы убить запуганную и измученную антилопу. Переполняющая душу сентиментальность в сочетании с жестокостью и хладнокровием! Подобные «восхитительные» черты человеческой психики часто оказывались роковыми для некоторых видов животных. За свои вкусовые привычки гиеновид-ные собаки с негодованием преследовались людьми, обожавшими бифштексы с кровью.
