— Можешь не сомневаться: любой, кто нападёт на меня или моих близких, получит по заслугам, — хитро подмигиваю просиявшей девочке. — Но провоцировать руганью на нападение каждого встречного тоже не стоит. Иначе весь мир обернётся против тебя.
— Он уже обернулся. Я просто отвечаю ему взаимностью, — сердито отвечает сестра. — К нам, когда папа умер, никто не пришёл на помощь.
Матушка охает, словно не ожидала таких умозаключений от младшей дочери.
А та продолжает, распаляясь:
— Все только и думают, как бы ещё что-нибудь отобрать! Как этот лысый три дня тому назад. Или дядюшка, у которого все разговоры — об «ужасной жизни двух одиноких женщин», — весьма правдоподобно изображает она нужные интонации.
— Таня… — растерянно бормочет мать.
— Маму тоже это бесит, я же вижу! — почти выкрикивает девочка.
Да уж, тяжело ребёнку объяснить, почему взрослым приходится себя сдерживать. Но деваться некуда, так ведь, Кирос?
— Всех бесит, — киваю. — И поэтому я предпринял несколько шагов для того, чтобы мы стали сильнее.
Указываю на копию моего перстня на руке Татьяны:
— Закрой глаза и сосредоточься. Подумай обо мне и о том, что хочешь сказать.
И тут же в голове раздаётся звонкий голос сестрёнки:
«Хочу быть такой же сильной, как ты! Чтобы защитить себя и маму, пока тебя нет рядом!»
«Я обещаю, что со временем так и будет, если ты готова учиться. Расскажу всё, что знаю сам. Но только если не станешь сама нападать на тех, кто слабее тебя», — отвечаю ей.
«Иначе Покровитель заберёт твой перс-стень обратно!» — вклинивается якул и связь обрывается.
Сестра ойкает от неожиданности, уставившись на меня круглыми удивлёнными глазами.
— Это ОН со мной говорил, да? Наш Покровитель? Какой он грозный! А можно его увидеть? А он злой или добрый? А он когда-нибудь спит? — тараторит она с бешеной скоростью. — А… ой, нет, это уже чересчур, наверное…
— Думаю, якул сам откроется тебе, если сочтёт необходимым, — улыбаюсь, поворачиваясь к матери. — Матушка, давайте теперь с вами испытаем.
«Можешь не переживать: я быстро усваиваю любой урок, — раздаётся в голове голос Елены Львовны. — А за Таней присмотри внимательно: ей и вправду не хватает дружеского общения. А ещё она по тебе очень скучала».
«Постараюсь быть хорошим братом», — обещание вырывается без малейших усилий.
Что же с тобой жизнь делает, ниспровергатель богов? Обзавёлся семейством — и растаял, хех.
— Так, давайте вторую способность обе сразу испытаете, — предлагаю, прервав общение. — Принцип тот же.
Лучи света вырываются прямо из перстней, следуя за движениями рук матери и сестры.
«На “Змеиный взгляд” для вс-сех пока не хватает мощ-щи, — виновато шипит якул. — Корми ещ-щё — будет больш-ше сил».
Кто бы сомневался, обжора.
— Полезная штука: в темноте никогда не останетесь, — радуюсь вместе с обласканными Покровителем домочадцами. — Да и связаться друг с другом теперь можно, если острая необходимость возникнет. Кстати, о связи. Матушка, вот это — персонально вам.
Достаю свёрток с мобилетом из кармана и протягиваю его Елене Львовне. Та разворачивает бумагу — и не может сдержать удивлённый возглас.
— Кирилл, он же чёртову тучу… кх-м, месячного жалования стоит. Не слишком ли расточительно?
— Ни в коем разе, — заверяю её. — С ним намного удобнее будет делами семьи заведовать. В банк, например, для распоряжения средствами ездить постоянно не придётся. И для связи со мной Покровителя дёргать не нужно.
В подтверждение демонстрирую родительнице свой аппарат.
— Мой номер туда уже вбит, остальное в инструкции прочитаете, — напутствую мать, вспоминая о словах Фиксы и своей излишней поспешности. — Продавец настоятельно рекомендовал это сделать, чтобы знать о мобилете всё.
— Ты хочешь сказать, что теперь нам есть чем распоряжаться? — с лёгким удивлением и надеждой в голосе спрашивает матушка. — Знаешь ведь, насколько велик наш долг.
— Небольшую часть его я погасил, остальное — средства на проживание и содержание нашего дома, — отвечаю, вызвав ещё один возглас удивления у обеих женщин.
— Распорядитесь ими так, как сочтёте правильным, — продолжаю, когда эмоции чуть стихают. — Постараюсь приумножать их и дальше.
— Отец гордился бы тобой, сын, — качает головой матушка.
Усмехаюсь:
— Надеюсь, так и есть. Ближайшие планы — с группой охотников отправиться на Изнанку для зарядки опустошённых макров. Вадим Денисович Сорокин, с которым я сотрудничаю, заверил меня, что в случае успеха мы сможем погасить долги полностью.
— Но это же просто царская награда, — Елена Львовна нервно всплёскивает руками. — Чем ты оказался так полезен, что этот человек готов на столь огромные траты?
— Всё ужасно удивительно — и очень просто, — смущённо чешу в затылке. — Вадим Денисович просил разыскать меня в нашем поместье постамент для сказочного Ала́тырь-камня. И с помощью найденного нами фрагмента узнать, как он работает.
— А чего его разыскивать? — равнодушно зевает Татьяна. — Он в подвале под кладовой заперт. Ещё с тех пор, как отец в первый раз на Изнанку отправился.
— Откуда ты об этом знаешь? — спрашиваю, не скрывая собственного удивления. — Или это шутка такая?
