— Хон… — Граф Куинн обернулся и нахмурился, глядя на наследника Семьи Куинн. — Ты думаешь, что три семьи находятся на стороне Короля Рассвета по ошибке?
— Но теперь Его Величество больше не нуждается в нас, — сказал Хон, собравшись с духом. — Поскольку наша армия потерпела разгромное поражение в Гермесе, он больше не просит наших советов! Ты Премьер-Министр, и даже ты не можешь войти в Королевский Дворец. И теперь даже патрульная группа была заменена наемниками. Просто посмотри на людей, которых в эти дни вызывают во дворец, одни клоуны, танцоры и гейши!
Граф не ответил, а просто молча смотрел на бокал вина.
Хону было всего восемнадцать лет, но даже он понимал, что означало прибытие в Королевский Город аристократов со всей страны. Другие местные аристократы, должно быть, уже ощутили изменения в замке. Фактически, когда он узнал о поражении их якобы непобедимой армии, он уже ожидал, что этот день наступит — более десяти тысяч военнослужащих, и большинство Лордов городов были вовлечены в попытку получить что-то для себя из лузги некогда могущественной церкви. Однако они не только не получили никаких выгод, но многие даже потеряли свои жизни.
Было бы прекрасно, если бы это было единственным последствием, но Король Рассвета вернулся живым и с оставшимися рыцарями. Известие о постыдном возвращении Аппена распространилось как лесной пожар, поскольку оно одновременно указывало на два аспекта: необходимость того, чтобы кто-то был привлечен к ответственности за эту неудачную миссию; и тот факт, что власти Аппена было недостаточно, чтобы развеять жадность других аристократов.
Эти аристократы, которые тихонько прокрадывались в город ночью, давали ясно понять одно. Они, несомненно, хотели увидеть реакцию трех больших семей, прежде чем принимать решение о поддержке или объединении, но никто и никогда не согласится поддержать статус-кво.
Хорфорд мог догадываться о мыслях этих людей, даже закрыв глаза. Поскольку в Гермесе они потеряли множество ресурсов, они, очевидно, пытались найти способы компенсировать эти потери.
— Отец, — торопливо сказал Хон в ответ на молчание отца. — Теперь все совсем не так, как было десять лет назад, и Аппен Мойя больше не Его Величество Мойя. Посмотри на дом Луокси! Отто Луокси все еще заперт в дворцовой камере! Ты Премьер-Министр Королевского Дворца, люди высоко ценят тебя. Если ты сделаешь заявление и получишь поддержку двух других больших семей, я уверен, что аристократы будут рады последовать твоему примеру!
— Заявление? — глаза Графа Куинна сузились, и его голос выдал намек на опасность.
— Э-э… — Хон пробормотал, и в панике опустил голову, отвечая в свою защиту: — Тебе не обязательно стоять на стороне Его Величества Аппена, правильно? В противном случае, почему ты утверждаешь, что болен и отказываешься принимать людей? Во времена старого Короля, ты бы лично убедил этих аристократов учитывать стабильность Королевства в первую очередь.
Хорфорд вздохнул и понял, что его сын еще слишком молод:
— Если ты прав, думаешь, Аппен Мойя не понимает, что его ждет?
— Что? — Хон был ошеломлен на секунду.
— Готов поспорить, что за пределами нашего особняка есть глаза, которые следят за нами. Они следят за тем, кого я встречаю, и за тем, где я недавно побывал, и Аппен, хорошо информирован об этом, — Граф вернулся к своему столу и сел. — Представь себе, что со мной произойдет, если я встречусь с этими аристократами. Не забывай, что даже если он потерял все свое рыцарство, контроль над Королевством все равно ещё не настолько ослаблен. С того самого дня, как он взошел на трон, Аппен уже начал менять охранников и стражей замка на своих людей! Повстанцы прямо под его носом? Думаешь, эти благородные Лорды придут, чтобы спасти меня, когда он накинет петлю мне на шею? — Граф хлопнул по столу. — Теперь ты понимаешь, почему только чужестранцы пришли ко мне, а не Семья Луокси и Семья Токат?
Хон ахнул:
— Тогда почему бы тебе не вернуться в наши земли? По крайней мере, там твои рыцари и наемники, вместе с наемными слугами, поэтому, даже если он что-то и замышляет против тебя…
Граф покачал головой и сказал:
— Семья Куинн уже слишком укоренилась здесь. Наши связи, отдаленные родственники, предприятия, власть… Даже если бы я смог выскользнуть из города в одиночку, я бы не смог забрать это все с собой. Наши люди сильно пострадают от рук Короля, если будут делать какие-либо подозрительные шаги, поэтому я не могу совершить такой необдуманный ход. На самом деле мое пребывание в Городе Зарева — это гарантия. Назваться больным уже самое большое, на что я мог пойти. Кроме этого, я действительно могу сделать не так уж и много.
Тесная связь с работой Королевского Города была источником гордости их семьи, но теперь она стала фатальной слабостью Семьи Куинн. Была в этом некая ирония.
— Вот значит как… только вот я так не думаю, — в этот момент извне раздался странный голос.
