Каждая боевая группа во взаимодействии с представителями 7-й морской амфибийной группы разрабатывала свой собственный тщательно продуманный план по перевозке войск и их снабжению. При этом штаб группы «Аламо» действовал как координирующий центр.
В соответствии с этими планами в период проведения всех операций на флагманском корабле находились представители военно-воздушных сил, которые решали авиационные вопросы во время каждой десантной высадки.
Офицеры связи военно-воздушных сил, находясь рядом с командирами морских и сухопутных частей, подобным же образом контролировали действия своих бомбардировщиков при высадке, а представители истребительной авиации, находясь на борту эскадренных миноносцев, управляли действиями истребителей.
Несмотря на этот контроль и связь с зенитными частями на борту и на берегу, расчеты зенитных орудий не раз ошибались при опознавании своих самолетов и открывали по ним огонь, причем некоторое количество самолетов было сбито.
Подобным же образом наши самолеты ошибались при опознавании своих десантных судов и торпедных катеров, в нескольких случаях открывали по ним огонь и причиняли серьезные потери.
Операция «Декстерити» обошлась японцам в 3833 убитых и 367 пленных[34]. Вполне допустимо, что и после 10 февраля при окончательном очищении территории от противника наши войска нанесли японцам дополнительные потери и что голод, болезни и трудности, испытываемые разбитыми японскими частями, когда они пробирались сквозь тропические леса, джунгли и горные районы, повлекли за собой потерю еще многих сотен людей.
Кроме того, торпедные катера, весьма успешно действовавшие вдоль побережья, потопили несколько японских барж с войсками, что также увеличило число японских потерь.
Общее состояние радиосвязи было превосходным. Но в начале операции между боевой группой «Бэкхэндер» и штабом оперативной группы «Аламо» радиосвязи не существовало.
Радиосвязь в районах боевых действий осуществлялась морским оперативным соединением № 76, которое имело непосредственную связь с командующим 7-м флотом. Командующий боевой группой «Бэкхэндер» не мог установить связь со штабом группы «Аламо» до тех пор, пока не развернул свой штаб на берегу.
Полнейшее отсутствие донесений от боевой группы «Бэкхэндер», естественно, причинило немало беспокойств в моем штабе. Действительно, во время операции «Глостер» вплоть до полуночи дня «Д» я был в полном неведении относительно успеха высадки десанта. Первую информацию я получил от двух австралийских репортеров, которые сопровождали морскую пехоту и на обратном пути остановились в моем штабе.
Мои настоятельные просьбы перед главнокомандующим по этому поводу закончились тем, что в дальнейших операциях мой штаб больше не игнорировался.
Штатные медицинские подразделения трех боевых групп, проводивших операции, увеличенные за счет эвакуационных госпиталей, подвижных хирургических госпиталей, носилочных санитарных и эвакуационных рот, медицинских групп по борьбе с малярией и эпидемиологических групп, также проделали большую работу. Раненые и больные эвакуировались из всех трех районов на мыс Кретин водным путем, а позднее с мыса Глостер и из района Сайдор на мыс Кретин — на самолетах.
Во всех трех операциях строительные работы играли очень важную роль. К чести инженерных войск надо сказать, что, хотя эти войска были малочисленны, а их оснащение предельно минимальным, они добились замечательных успехов. На мысе Глостер и в Сайдоре их работа чрезвычайно затруднялась вследствие сезона дождей. С 26 декабря 1943 года по 1 февраля 1944 года осадки превышали 4 дюйма в день. В этот период было всего пять ясных дней. Ливни часто размывали дороги, разрушали почти построенные мосты и приостанавливали на многие дни все работы по постройке аэродромов.
Несмотря на все это, инженерный полк морской пехоты боевой группы «Бэкхэндер» в дополнение к разгрузке судов и постройке свайных молов и других сооружений построил также много миль дорог и поддерживал их в рабочем состоянии, что было особенно трудно. Тем временем 841, 864 и 1913-й инженерно-авиационные батальоны работали по сооружению аэродромов и к 31 января закончили одну взлетно-посадочную полосу для транспортных самолетов и другую для артиллерийских корректировщиков и самолетов связи, а к 1 марта рассчитывали увеличить длину первой полосы до 5000 футов. Была также запроектирована постройка взлетно- посадочной полосы протяжением в 6000 футов с запасными ответвлениями для 200 самолетов, сооружение порта для судов «Либерти» и склада авиационного горючего на 18 000 баррелей[35]
В боевой группе «Микельмэс» 114-й саперный батальон и береговой батальон 542-го инженерно-берегового полка производили все строительные работы на Сайдоре, включая сооружение дорог. Между тем 808, 860 и 863-й инженерно-авиационные батальоны закончили к 9 января взлетно-посадочную полосу для транспортных самолетов длиной 2800 и шириной 250 футов. Ожидалось, что к 2 марта они увеличат длину этой полосы до 6000 футов и построят запасные ответвления для рассредоточения самолетов.