Большую часть моего времени занимали вопросы контроля, снабжения и планирования, а также инспектирование и основные административно-хозяйственные вопросы, для решения которых требовалось мое личное внимание. Но мне всегда удавалось найти время для непосредственного личного контроля за состоянием здоровья, качеством питания и бытовыми условиями войск. Я требовал от моих подчиненных, чтобы они уделяли этим вопросам такое же внимание. Еще в начале своей военной карьеры я убедился, что если этими вопросами пренебрегают, то это неизменно отрицательно сказывается на моральном духе войск.
За исключением дел, рассматривавшихся в общем военном суде, которые докладывались непосредственно мне его председателем вместе с юридическим анализом каждого уголовного дела и рекомендациями относительно его решения, практически все прочие вопросы борьбы с преступностью в войсках я разрешал через своего начальника штаба. На него я возложил ответственность за координацию работы штаба. Как правило, каждое утро, а в случае необходимости и в другое время, начальник штаба докладывал мне о всех важнейших чрезвычайных происшествиях в войсках. Мы обсуждали вопросы, требовавшие решения, и я давал ему необходимые указания. Во время моего отсутствия начальник штаба поддерживал со мной связь по радио, когда это было возможным, а после моего возвращения в штаб сопровождавший меня личный адъютант передавал начальнику штаба список нарушений, которые я обнаружил во время своей поездки и исправления которых я требовал. Начальник штаба доводил их до сведения соответствующих отделов штаба и позже докладывал мне о принятых мерах.
Штаб 6-й армии проделал выдающуюся работу по планированию различных боевых операций. Выполнение этой работы проходило в особенно трудных условиях, так как необходимо было планировать одновременно несколько операций до того, как были завершены другие операции. Кроме того, эта работа затруднялась вследствие изменения директив главнокомандующего и в силу действия других факторов, о которых упоминается в настоящем отчете. Наши оперативные планы необходимо было также тесно согласовывать с планами поддерживавших 6-ю армию военно-морских и военно-воздушных сил. Это требовало организации планирования почти полностью на объединенной основе, что и осуществлялось в моем штабе группой представителей штабов всех трех видов вооруженных сил. Эту группу возглавлял начальник оперативного отдела штаба 6-й армии полковник Клайд Д. Эддлмэн. Хотя в планирующей группе часто возникали разногласия, они, как правило, разрешались положительно. Если же офицеры этой группы заходили в тупик — а это случалось очень редко, — то спорные вопросы докладывались мне лично. В таких случаях я или рекомендовал решение, даже если оно и требовало внесения изменений в мой оперативный план, или же выносил опорный вопрос на обсуждение с командующими поддерживавших меня военно-морских и военно-воздушных сил с тем, чтобы добиться его решения. Нам всегда удавалось разрешить возникавшие между нами разногласия, и это обстоятельство вместе с духом сотрудничества, проявленным сухопутными, военно-морскими и военно-воздушными силами, сделали возможным ведение согласованных боевых действий армией, флотом и авиацией.
В целях обеспечения максимально полного и свободного обсуждения вопросов в планирующей группе, я никогда лично не вмешивался в ее работу. Наоборот, я держался в тени, хотя и поддерживал тесный контакт с полковником Эддлмэном, которому я время от времени давал рекомендации, которые считал необходимыми. Окончательное решение по совместному оперативному плану выносилось на совещании командующих всех заинтересованных видов вооруженных сил. Однако вся кропотливая подготовительная работа, как правило, выполнялась офицерами планирующей группы до начала совещания командующих. Как я уже указывал в другом месте, на меня было возложено согласование оперативных планов 6-й армии и обеспечивавших ее боевые действия военно-морских и военно-воздушных сил. и представление согласованных планов главнокомандующему. По получении его одобрения мне представляли на подпись проекты боевого и административного приказов по 6-й армии совместно со всеми необходимыми к ним приложениями, и после моей подписи эти приказы поступали в войска.
Вторжение на остров Лейте, которое должно было положить начало возвращению на Филиппины, явилось первой операцией, в которой 6-я армия действовала как таковая, а не под своим кодовым наименованием — группа «Аламо». Хотя в предстоящей операции 6-я армия должна была определенно встретиться со многими трудностями, я был полностью убежден в том, что она будет в состоянии преодолеть все эти трудности и успешно выполнит свои задачи.
Для всех нас было большим облегчением сознавать, что окончился наш длительный путь через тропические джунгли Новой Гвинеи и прилегающих к ней островов. Мы были горды тем, что 6-й армии поручили нанести первый удар для освобождения Филиппин и тем самым выполнить обещание генерала Макартура филиппинскому народу: «Я вернусь!»