Я пошел вслед за юношей через большой, цветущий огород, от которого в тишине вечерних сумерек шел приятный аромат. В глубине двора находилась простенькая баня. Почти у каждого дома во всех русско-сибирских деревнях есть такая баня, где жильцы как минимум раз в неделю (по субботам) проходят очистительные процедуры. Сергей, как звали того юного русского, сказал, что его брат с женой только что были в бане и на верхней лавке под крышей еще было для нас достаточно пара, чтобы тело хорошо пропотело. Мы разделись и помылись – я лежал на животе на нижней лавке, а Сергей усердно тер мне спину щеткой и большим количеством мыла, периодически поливая меня водой из шайки. Потом он велел мне залезть наверх и лечь там, пока он будет лить горячую воду на камни над выгоревшим очагом. Камни еще были очень горячими, и вскоре пошел такой жаркий пар, что все мое тело горело. Меня тут же надо было обхлестать, для чего Сергей поднялся ко мне и начал хлестать меня
Когда я после бани поужинал, я почувствовал такой прилив сил, что вместо того, чтобы идти спать, я предпочел тут же отправиться в дорогу. Ночь была тихая, а брат юного Сергея тут же изъявил готовность запрячь трех резвых коней и отвезти меня на ближайшую почтовую станцию. На прощание я подарил юноше, который показал себя образцом прекрасного человека, серебряную капсулу с картой Сибири.
После этого я несколько дней полагался только на почтовую транспортировку. На одной из последних станций крестьянин отвез меня вечером в только что построенную избушку. Там я должен был расположиться на ночлег, где мне пришлось довольствоваться сном на скамье в прихожей. Мой багаж занесли в дом, и после ужина я лег спать. Хозяин, недавно женившийся солдат, за ужином рассказывал забавные истории из жизни в Восточной Сибири, где он ранее служил. Его жена стелила постель на полу, где и легла полураздетая, однако муж не торопился раздеваться. Он посидел какое- то время, а потом вышел из дому, закрыв за собой дверь – похоже, он был не совсем трезв. Хозяйка пыталась заговорить со мной, но, поскольку я был сонным и отвечал уклончиво и неразборчиво, в конечном счете она замолчала, а я уснул. Внезапно я проснулся от громких голосов: дверь в прихожую отворилась и в дом вошло несколько галдящих мужиков во главе с моим хозяином. Я ранее часто слышал про дурную славу этой деревни – прежде всего как места проживания множества дерзких конокрадов. У двоих из вошедших были ружья, и, естественно, я подумал о том, что на меня собирались напасть. Только не я опять! Тем временем мой хозяин сразу же подошел ко мне и шепнул на ухо, что я не должен был бояться его с товарищами.
Было заметно, что мужики немного пьяны. Я услышал, как один из них шепнул хозяйке, поднявшейся с постели:
– Кто это лежит там?
– Проезжий, – сказала она.
– Ааа, ну тогда не будем причинять ему зла.
В то же время я не очень радовался перспективе быть внезапно разбуженным тогда, когда я только уснул, а потом бодрствовать всю короткую ночь из-за шумящих мужиков. Они сели за стол и начали пить водку, которую принесли с собой. Я слышал, как один из них сказал:
– Если у меня украдут еще семь коней, я все еще не стану бедным, поэтому сейчас я буду пить и радоваться с моими друзьями.
Внезапно они встали и начали играть в солдат кочергами и ружьями, встав по команде хозяина в шеренгу. Двое из них, у которых еще действовал рассудок, предложили отложить ружья в сторону, однако их слова не были восприняты всерьез, а когда стволы ружей были направлены в мою сторону, я слегка вжался в угол. Я не посмел попросить хозяина перестать куролесить, а еще лучше убраться туда, откуда они все пришли, поэтому оставалось уповать на свою судьбу. Под конец я уже не мог удержаться от смеха, глядя на их выходки и представления. Внезапно в дом вошел еще один человек, держа в руках ружье, из которого шел дым.
– Как это вы стоите на страже? – спросил он. – У нас были воры, я выстрелил по ним, но не попал.
