От Фарер до Сибири полностью

Изредка по пути встречалась одинокая деревенька рядом с зеленеющим полем в окружении кедровых лесов. Дома построены на низких песчаных берегах, там же и возделывается земля. На опушках леса вблизи деревень щиплет траву рогатый скот и лошади, но в полуденную жару коровы разлегаются на песке и жуют жвачку или же заходят в реку попить воды.

Когда мы подплыли к деревне Стрелка недалеко от впадения Ангары в Енисей, там были пришвартованы два современных судна для очистки рек, построенных в Англии по заказу сибирской администрации речного сообщения. В то время как раз должна была начаться насколько дорогостоящая, настолько и трудная работа по очистке Ангары. При помощи динамита, которым планировалось взрывать скалы у порогов, и крепких швартовых канатов люди намеревались сделать реку судоходной, чтобы пароходы могли идти против течения.

К тому моменту был лишь один-единственный пароход, который мог рискнуть идти по Ангаре. Те баржи, которые в течение долгого времени возили чай из Иркутска в Енисейск, шли потом на дрова. Это были крепкие, большие суда грузоподъемностью от 50 до многих сотен тонн, и их можно было купить в точке назначения по 25–50 крон за штуку.

Владелец баржи не имел права нанимать работников без паспортов, поэтому люди, их не имевшие, сходили в Стрелке на берег, чтобы не попасть в руки блюстителей порядка в Енисейске. Экипаж заслужил уважение за то, как мы проходили пороги, но по своей воле никто из матросов не хотел бы это повторить. Опасность, которую они встретили лицом к лицу, произвела на них неизгладимое впечатление. Но в целом это были парни не робкого десятка. Один из караванов сообщил своим товарищам, что он направляется в Европу, чтобы убить свою собственную сестру.

– Нужно ли много мужества, чтобы намеренно убить человека?

– Нет, – сказал бандит, – не более чем когда нужно свернуть шею курице.

Я избегал, насколько это было возможно, слишком тесного общения с этой уголовщиной.

Баржа покинула Стрелку утром при попутном ветре с экипажем в пять человек. Вечером мы прибыли в Енисейск. Это была необычайно увлекательная поездка.

Поскольку у меня было дело в Красноярске, которое я должен был выполнить до отъезда из Сибири, я сразу направился в этот город на пароходе.

Красноярск, получивший свое имя от красных гор в его окрестностях (красно-яр – красная скала), очень красивый и живописный город. Великолепные, покрытые орнаментом здания, построенные из коричневого или желтоватого камня, порой из добываемого в округе красного камня, производят крайне приятное впечатление. Улицы прямоугольные и широкие, местами замощенные, хотя в будние дни на них нет большого движения. В рыночные дни, пятницу и субботу, там бывает больше людей, а по воскресеньям и праздникам можно увидеть группы мужчин и женщин, идущих в церковь. После обеда люди гуляют по центральным улицам, где благородные и ухоженные сибирские брюнетки привлекают к себе внимание гибкой, легкой и стройной осанкой, внося оживление своими непринужденными разговорами и смехом. В свою очередь, молодые франты в перчатках и легких черных шляпах или характерных для русских фуражках тоже не остаются незамеченными в толпе.