И здесь солнце военного счастья не торопилось светить итальянцам. Броненосцы «Ре д’Италия», «Сан Мартино», «Формидабиле» и «Палестро» без особого успеха обстреливали западную часть порта под личным руководством Карло Персано; четыре других – «Ре ди Портогалло», «Мария Пиа», «Террибили» и «Варезе» под командой капитана I ранга Риботи с таким же успехом бомбили укрепления восточной части. После полудня Персано приказал командиру «Формидабили» Симону де Сен Бону войти в гавань и огнем в упор подавить сопротивление форта Сан Джорджио – главного опорного пункта австрийцев. Де Сен Бон подставил свой не самый мощный корабль под огонь австрийской артиллерии, но, в итоге, его героизм принёс плоды. Около 16:00 удачно выпущенный с «Марии Пиа» снаряд взорвал на Сан Джорджио пороховой погреб. Еще раньше была подавлена батарея Шмидта. Но остальные продолжали вести яростный огонь. «Мария Пиа» и «Сан Мартино» при попытке войти в гавань попали под продольный обстрел с батарей «Мадонна» и «Веллингтон». На «Сан Мартино» возник пожар. Оба корабля вынуждены были отступить.
Отряд контр-адмирала Вакка примерно в 17:00 подключился к обстрелу батарей «Веллингтон» и «Бентинк», но так и не смог их подавить. Только еще одна австрийская батарея – «Манула» – перестала стрелять, в то время как «Мадонна» и «Зуппарина» не имели видимых повреждений и продолжали яростно палить по итальянским судам.
С наступлением темноты Персано отвел флот в море; на итальянских судах было 7 человек убитыми и 41 раненный при серьёзном расходе боезапаса. Один «Ре д’Италия» выпустил по врагу порядка 1300 снарядов.
Ночь итальянцы провели в море, ожидая нападения со стороны Тегетхофа. Персано отправил нагоняи Вакке и Альбани за их малоактивный образ действий. Но эти выговоры отнюдь не возбудили в них боевой дух.
На утро к флоту присоединился «Аффондаторе» с его нарезными 10-дюймовками, еще два деревянных фрегата и транспорты с пехотой – 2600 человек. К полудню основные итальянские силы вновь сосредоточились у Сан Джорджио. И снова главную роль предстояло сыграть маленькому бесстрашному «Формидабиле». Капитан ди Сен Бон вновь ввел свой корабль в гавань и поставил его всего в 40 метрах от самой неприступной австрийской батареи – «Мадонны». Её 8 орудий находились за прочной каменной стеной толщиной в 6 метров. Ни нарезные 164-миллиметровые, ни гладкоствольные 8-дюймовки не могли пробить такую преграду, в то время как австрийские ядра одно за другим сыпались на борта броненосца. Кроме того, экипаж корабля страда от ружейного огня с берега.
Двинувшийся ему на помощь со своими тремя броненосцами Вакка, после того, как на «Анконе» начался пожар, отступил. Ди Сен Бон, продержавшись почти весь день и выпустив 688 снарядов, также вынужден был покинуть гавань. На его корабле было трое убитых и до полусотни раненных. Ни один из австрийских снарядов не пробил броневой пояс «Формидабиле», но повреждения небронированных частей были значительными, многие крышки орудийных портов – разбиты.
На «Анконе» была разрушена одна из броневых плит; потери экипажа составили 6 человек убитыми и 19 раненными. Всего за два дня итальянцы потеряли 16 человек убитыми и 114 раненными. Потери австрийцев были примерно такими же – 26 убитыми и 68 раненными, но из батарей в полную силу могла теперь драться лишь «Мадонна». Все остальные были сильно разрушены, на них вместе взятых могло стрелять не более 8 орудий.
Ночью оба младших флагмана – Вакка и Альбани – уговаривали Персано оставить атаки, мотивируя нехваткой угля и усталостью экипажей, большим расходом боеприпасов, необходимостью починки повреждений. Но Персано понимал, что если он вернётся в Анкону ни с чем, то его съедят заживо, и планировал наутро возобновление штурма острова. Благо ночью прибыл пароход «Пьемонт» с еще пятью сотнями морских пехотинцев на борту. Кроме того, адмирал считал, что десятидюймовки «Аффондатре» смогут пробить каменную стену «Мадонны», и десант можно будет высадить прямо в порту.
Но утро рассудило иначе.
Донесения с Лиссы продолжали поступать в австрийскую штаб-квартиру, и становилось ясно, что третьего дня штурма гарнизону не выдержать. Тегетхофу не оставалось ничего иного, как идти выручать остров. 19 июля австрийский флот вышел со своей базы. Утром в (6:40 20.07.1866) он был обнаружен итальянским дозорным судном, но вскоре контакт между противниками был утрачен из-за начавшегося дождя. Штормило, ход австрийских судов не превышал 5,5 узлов. Тегетхоф построил свои силы в три следующих друг за другом клина («наконечники стрел», как еще потом неоднократно называли такой вид построения). Первый «клин» состоял из семи броненосцев с «Фердинандом Максом» во главе. Второй – из пять крупных фрегатов и корвет с линкором «Кайзер» на острие (командующий – коммодор Антон фон Петц). Третий клин – еще 7 канонерок под командой капитана Эберлеса. Перед каждым «клином» по малому разведывательному судну. Всего – 27 судов против 34 итальянских.