Но особенно думать об этом было некогда, время преподносило все новые и новые сюрпризы. В конце мая, когда мы собрались с детьми на Черноморское побережье Кавказа, пришлось сдавать авиабилеты, меня вызвали в партком, объявили, что кандидатский срок закончился и я должен готовиться к заседанию парткома, срок которого объявят дополнительно. Объявили через месяц. Партком выглядел солидным, но состоял из людей, отношения которых ко мне было разнополярным. Представителей производственных отделов интересовали мои планы, учеба, а уж потом Устав и история партии, партийных же органов беспокоил моральный уровень, особенно недостатки, которые я, по их мнению, тщательно скрывал.
В особо затруднительное положение меня поставил вопрос: "А какие у вас отношения с женщинами на судне?", который задал человек, в бытность со мной на одном судне решавший его очень просто. Он вызывал в каюту повариху или буфетчицу, доставал ее паспорт моряка из стопки других и говорил: — "Будете спать со мной, будете плавать за границу. Так как?" — и в ожидании ответа, откладывал паспорт в сторону. Очень уж хотелось ответить так же, но, понимая ответственность момента, ответил коротко: "Здоровые". Начальник пароходства встрепенулся и заключил:- Ну что вам еще нужно? Я — "за".
Против никто не голосовал.
НА ЧЕРНОМ МОРЕ
Черное море! Предел мечтаний советского человека, желающего полноценно провести отпуск в краю теплого солнца, ласкового моря, вдоволь накупаться, красиво загореть и набраться необходимых сил для работы.
Кавказский берег — Сочи, Адлер, Гагра, Пицунда, от одних только этих слов ласково защемит сердце простого гражданина страны всеобщего равенства, — бери билет и лети в рай, где тебя ждут, не дождутся гостеприимные хозяева вилл и индивидуальных "пансионатов" под раскидистыми шелковицами и кроной грецких орехов, готовых упасть к твоим ногам. Пусть руководящие работники, обремененные огромной ответственностью, отдыхают в "Магнолии" или санатории "Донбасс" с их чопорными порядками, обязательными танцевальными вечерами и викторинами. Нам не нужна обжираловка шикарных ресторанов, тоска диетических залов, нудные процедуры и промывания желудка. У нас на них нет времени, а главное — денег, зато у нас есть свобода, а легкий голод вместе с морскими ваннами и солнцем усиливает и без того взаимную любовь и делает ненасытной жажду обладания любимой женщиной.
Что может сравниться с ночью в объятиях любимой в комнате рядом с курами и хрюкающим поросенком, в железной кровати с растянутыми до пола пружинами? Ты лежишь бутербродом, не в силах изменить положение, да и не хочется, и слушаешь, как в саду падают на землю спелые абрикосы, храпит хозяйка в гамаке (в доме все сдано отдыхающим) и сквозь щели в крыше смотришь на крупные звезды. Засыпаешь под утро с криком петуха и просыпаешься мокрый от пота к полудню, понимая, что отсутствие кондиционера (слово, значение которого понимали тогда немногие) скорее благо, чем недостаток, и заменяет тебе будильник.
Черное море — прогулки на катере, поездки в горы на Красную поляну и озеро Рица! Вы вслушайтесь только в слова — Рица, Пицунда! Разве они не созвучны они с названиями Ницца, Ривьера, Лазурный берег? Последние влекут к себе скорее недоступностью и таинственны, как желание, которое не сбудется никогда. Что для нас Таити, когда есть Гантиади. Вслушайтесь в это слово, разве в нем меньше романтики, чем в слове Зурбаган, а эвкалипты Гагры ниже, чем в Австралии, лавр в Сухуми не так ароматен, как лавр Греции?
А вино "Апсны а букет"? "Шабли" и "Мартини" не годятся ему в подметки, когда повар-абхазец, огромный, как Казбек, черный и горячий, как турецкий кофе, пританцовывая, принесет тебе шашлык из молодого барашка, едва дошедшего с гор до берега от старости. Где еще ты можешь пить вино с утра до вечера, и у тебя со стола не унесут пустые бутылки — пусть видят все, какой ты джигит! Где, как ни здесь, ты поймешь, что твоя жена так хороша, что мимо нее не пройдет ни один мужчина, не сказав громкое "Вах — вах!", а каждый водитель автомобиля, проезжая в пределах видимости, ляжет грудью на кнопку сигнала, оглашая окрестности персональным сигналом.
Да что там говорить, разве на побережье Франции, Испании или Италии к тебе подойдет официант с подносом, на котором будет возвышаться гора фруктов и бутылки со словами: — "От нашего стола — вашему столу!"
Черное море! Это белые лайнеры — голубая мечта отдыхающих, на которых жизнь совершенно иная, очень похожая на ту, что в западных фильмах. А вечера?… что за чудные вечера, приносящие желанную прохладу, а не озноб с холодным туманом. В такие ночи можно не спать до утра, неторопливо потягивая "Телави" или "Черные глаза", ощущая рядом тело любимой женщины, твоей женщины, о которой ты боялся лишний раз вспомнить в море, чтобы не сойти с ума.
Черное море! Это целый день со своими сыновьями, забавными мальчишками, которые растут без тебя. На его берегах ты обязан научить их плавать, как рыба, ловить бычков и барабульку, ходить по горам и не бояться высоты и глубин.
