Разумеется, кровь Старшего Дома Пещер Наэ во мне почувствовали, но не солнечные, как тут зовут Благой Двор, а сумеречные. Вот только о том, что они сообщат об этом своим врагам, я не волновался. Стражи границ (если такие конечно вообще были) и не думали нас останавливать. Умные люди или нелюди. Отряд беспрепятственно въехал в Рассвет спустя три дня.
Остановились в трактире на самой границе. Все были настороженны, я выложил все из своей сумки в седельные мешки, там пришлось устроиться уставшему, находившемуся на взводе из-за близкого присутствия Мифараэда, птенцу. Вскоре оттуда стало доноситься тихое сопение. Штиль спокойно жевал сено в стойле. А Бес...
Я со вздохом посмотрел на свернувшегося на полу между кроватями серого коняшку. Это наглое животное в кои-то веке решило вспомнить, что оно принадлежит к семейству кошачьих и решило помурлыкать, заодно заняв собой все свободное пространство. Но это даже хорошо, когда вернется Клайд с отчетом, не тратя ненужное время на сборы, мы проскочим прямо так. Да и Бонни не могла не облазить Дворец сверху донизу, отыскивая ближайшие пути отступления. Но будет ли оно, это отступление?..
Да, я старался не думать об этом, но сейчас, во время мучительного ожидания, эта мысль сама забрела в мою голову. Лютариэ и Мифараэд аристократы, привыкшие находиться в высшем обществе, когда завтрашний день предрешен и расписан по пунктам за месяц. Полный достаток всего, уютная постель, книги, дорогая одежда и наставники, рассказывающие много поучительного. На них никто не посмеет напасть, они всегда будут защищены, посреди природы и в гармонии с ней.
А что они получают со мной? Пыль дорог? Напряжение в каждой минуте и бесконечные пути. Да, был страх, что Лю захочет остаться в Рассвете. Даже я сам не знаю, где закончится эта дорога. Свою жизнь я не вижу без путешествий. Одалэр такой прекрасный, не оскверненный и девственно чистый, хранящий так много тайн. Дроу чужда Поверхность, но она так манит, человеку чужд этот мир, но после прошлой жизни с жесткими рамками общества, с его обременительными обязанностями...
Я настоящий считаю Землю мертвой. Люди не слышат ее крика, надрывного плача угасающей планеты. Серая скучная обыденность, где я никто. Такая же серая мышь на миллиарды мне подобных. Только семья и немного друзей заставляют мое сердце сжиматься, но боль не так сильна. Все еще не могу вспомнить лица и имена, но знаю, что любил свою семью, хоть и держался обособленно. На двадцать седьмой год так и не смог найти себе пару... а здесь была моя сладкая принцесса.
Под землей ждала бесконечная грызня за власть. Спокойно вздохнуть нельзя, ты постоянно на стороже. Кинжал в спину может прилететь в любую минуту. Особенно в последнее время, когда Младшие Дома заметно отдалились от Старших и решили показать свои молочные зубки опытным, матерым волкам. Кровавые жертвы Паучьему Духу не знают конца, и это ввергает в ужас.
Но эта среда привычна для меня, там я легко смогу дышать и чувствовать себя как рыба в воде. Отрастив когти, ощерив зубы, надо грызть горло врага. Но мы страшные единоличники, пытающиеся урвать лакомый кусочек для себя любимого. Темные готовы и товарищу воткнуть меч в сердце. А наша плата? Помните, плата эльфов и фэйри — знания, которых у них нет, у гномов — искусные драгоценности, а у нас два самых главных товара. Это кристаллы — наши маленькие солнца и рабы. Да, нет ничего дороже чужой жизни, которую можно крутить в своих руках, как захочешь, чувствовать власть над рабом.
Я жутковато усмехнулся, поворачивая голову к упакованному как младенец Высшему, кулем лежащему на кровати. По законам, принятым у оборотней, полулюдей и вампиров, тот, кто победил врага в смертельном поединке и пожалел его жизнь, становится его хозяином. И мне очень нравилась эта идея.
Аид почувствовал на себе прожигающий взгляд и повернул голову к стоящему у окна дроу. Темный был весь закован в свою великолепную черную броню с подвижными чешуйками тончайшей и искуснейшей работы, ничуть не стесняющей его движений. За такой доспех вампир согласился бы отдать все свое Гнездо. Такой доспех и копье не пробьет, и меч чужой не прорубит. Настолько гармоничная и изящная была эта броня, что Высший заподозрил в ней руку темноэльфийских мастеров, которые редко делают что-то подобное, но доспехи несомненно обладали и магическим свойствами. Цепкий глаз Аида заметил древние руны, поблескивающие магическим светом. Сам Гор непременно знал о ценности своего доспеха куда больше вампира, которому было невдомек, из какого же материала он сделан.
Звездная сталь славится своей долговечностью и прочностью, с ней может сравниться разве что солнечная руда. Но подвижная чешуя на боках и животе действительно была чешуей. Драконьей. В пустыне драконы часто сбрасывают свою чешую, а дроу давно прознали об этом. Поэтому темному эльфу не грозило сгореть в огне. Да и вообще сейчас Высший с холодком понимал, что Смоль встретил его вовсе не во всеоружии. Если бы в их поединке на нем была броня...
