– Мы уже собираем взносы за членство и плату за вход. – Она вздохнула. – Мне неприятно это говорить, но лорд Хейбери прав. У нас уже выделено пять столов для членов-основателей. Этого достаточно. Бронировать ничего не будем.
Оливер подождал несколько минут, пока совещание закончилось и девушки, работающие сегодня вечером, отправились на свои рабочие места. Когда в зале остались только Диана и мисс Мартин, он шагнул вперед.
– Диана, у тебя найдется минута?
– Что тебе нужно?
Блондинка словно вросла в пол. Неудивительно: с того похода в театр – после поцелуя, от которого у него едва не остановилось сердце, – Диана делала все, чтобы не оставаться с ним наедине.
– Сегодня я обедал в «Уайтсе», – начал Оливер, не удержавшись от раздраженного взгляда в сторону мисс Мартин. – И когда я уходил, то случайно заметил… – Оливер остановился. – Впрочем, обойдемся без долгих предисловий. У Энтони Бенчли новые приятели: герцог Грейвз и граф Ларден. Я пытаюсь понять, что могло свести их вместе, но ничего пока в голову не приходит.
Диана понимала, что должна быть удивлена. В конце концов, она уже решила, что Энтони – не более чем досадное напоминание о прошлом, не имеющем над ней больше никакой власти. Число членов клуба росло день ото дня, и предприятие начало приносить доход. Однако дурные вести ничуть не удивили часть ее души – ту, что не верила, что все пройдет гладко.
– Спасибо, что предупредил, – сказала Диана, понимая, что Оливер ждет от нее какой-то реакции. – Что-нибудь еще?
– Диана, нам нужно…
– Это мое дело, Оливер. Не твое. Ты хотел обсудить что-то еще?
– Нет. Пока нет.
Судя по выражению лица, он просто жаждал дать ей совет, высказать свое мнение или хотя бы посочувствовать. Если бы Диана по-прежнему его ненавидела, пожалуй, продолжила бы разговор. Но теперь все стало намного сложнее. Что, если Оливер снова поцелует ее, как тогда, в театре? И снова напомнит ей тот жар, те надежды, ту… ту жизнь, что пробудил в ней в Вене два года назад?
– Значит, увидимся вечером. – Диана надеялась, что он поймет намек и исчезнет.
– Садись за мой стол. Угощу тебя ужином. – Оливер кивнул.
– Посмотрим.
– Если хочешь сказать «нет», милая, просто скажи «нет».
– Я сказала именно то, что хотела сказать. А теперь, может быть, пойдешь попробуешь в деле нашу новую рулетку?
– Я не стану говорить тебе, что дело серьезное – ты и сама это знаешь. Я не пытаюсь выдернуть у тебя вожжи. Даже не думаю.
– Уходи.
– Трусишка! – И Оливер вышел.
Диана мысленно сосчитала до пяти и села. Дженни тут же примостилась рядом и взяла ее за руку.
– Ты считаешь, Энтони Бенчли что-то задумал против тебя?
– Сколько я помню, он должен быть вполне доволен жизнью от того, что сделался графом. Он всегда жаловался на то, что родился вторым.
– Значит, вопрос в том, действительно ли Энтони Бенчли доволен жизнью и просто проводит время с друзьями. Или Хейбери прав?
– Вот именно. Пожалуй, на всякий случай предупрежу Джулиет, что новый граф Камерон может снова появиться у нас на пороге.
– Или, может быть, лорд Хейбери старается тебя запугать, чтобы получить над тобой власть?
Диана нахмурилась.
– Нет, не думаю. – И не дожидаясь, пока Дженни начнет с ней спорить и упрекать за то, что она имела глупость снова влюбиться в Оливера, Диана встала со словами: – Что бы там ни было, Оливеру для его же блага лучше помнить, что это мой дом. Учитывая, что оставил от семейного состояния Фредерик, не думаю, что у Энтони сейчас есть средства и возможность играть. И в любом случае я не стану помогать ему проматывать то, что осталось от состояния Бенчли. Пусть будет благодарен, что я его на порог не пускаю.
– А как же все остальные? – Дженни повела рукой в сторону зала «Персефона». – Их ты поощряешь играть по-крупному.
– В случае, если ты забыла: я не приняла в клуб четырнадцать человек, подавших заявки. И девушкам приказываю, если кто-то слишком много пьет или делает очень большие ставки, немедленно сообщать мне. Я не хочу губить чужие семьи. Даже ту семью, что погубила меня. – Диана направилась к двери. – Так есть, и так будет.
Дженни пошла за ней.
– Если Энтони Бенчли попытается нам навредить, я буду на него очень зла. Игорный клуб или нет – важно, что он приносит пользу. И не только нам с тобой.
Диана рассмеялась.
– Только не говори об этом леди Дэштон и ее товаркам из «Женского клуба умеренности». Для них я – Ева, Иезавель и Далила в одном лице!
– Кстати, ты видела сегодня Камиллу? – спросила Дженни по дороге на кухню. – Я слышала, как она смеялась! Два раза.
– Вряд ли она станет смеяться, если в клуб явится ее отец или несостоявшийся жених.
– Пожалуй, Камилла верит, что ты ее защитишь от любых посягательств. Знаешь, ведь ты ей, можно сказать, жизнь спасла, когда взяла на работу в клуб.
– Не преувеличивай.
– Я не преувеличиваю. Дочь графа, оказавшись в трудном положении, как выяснилось, не может обратиться за помощью ни к родным, ни к друзьям. Она, скорее, окажется на улице, без гроша и без крыши над головой… Как ты думаешь, что бы с ней стало, не будь клуба «Тантал»?
– Это просто счастливое совпадение, – ответила Диана.
