– Должна же она как-то объяснить, почему теперь проводит ночи – боже правый! – с Уайтингом.
Мандерли фыркнул.
– А в самом деле, друг мой, почему Кэт Фолстон теперь проводит ночи с герцогом? У вас с ней все кончено?
Оливер пожал плечами и сделал знак лакею, чтобы тот подлил ему вина.
– Кэт мне нравится. Я желаю ей только добра. Но терпеть не могу топтаться на одном месте. Это скучно.
– И это возвращает нас к моему предыдущему вопросу. Ты охотишься за Дианой Бенчли? Боˊльшая часть Мейфэра, разумеется, считает, что она твоя. И поскольку вот уже полтора месяца ты не трогаешься с места, естественно, всем любопытно узнать, что ты намерен с ней делать.
Оливер не спал с Дианой почти месяц. Видит Бог, не потому, что не хотел. Всякий раз, стоило ее увидеть, он возбуждался и ничего не мог с этим поделать. А если вспомнить, что Диана «задолжала» ему ночь, напрашивался вывод: он просто рехнулся. Тем не менее Оливер чувствовал, что подходящий момент еще не настал, и готов был терпеливо ждать.
Мандерли пожирал его глазами, явно ожидая ответа.
– Что касается Мейфэра, – медленно произнес Оливер, – пусть наши снобы развлекают себя баснями на свой вкус. Мне это безразлично.
– А я? Мне тоже баснями себя развлекать?
Всего несколько месяцев назад Оливер посоветовал бы Джонатану не лезть не в свое дело. И первым желанием его было последовать собственному правилу. Однако в последнее время Оливер странствовал по неизведанным тропам, и мысль о том, чтобы поговорить с кем-то по душам, казалась ему все более привлекательной. Оливер отпил вина, задумчиво окинув взором обеденный зал и посетителей.
В последние недели в «Уайтсе» как будто поубавилось гостей. Не связано ли это с тем, что в «Тантале» подают отличные обеды, а прислуживают за столом хорошенькие девушки? Клуб Дианы определенно делал успехи. Дела шли даже лучше, чем Оливер ожидал.
– Не знаю, что тебе сказать, Джонатан, – признался он наконец. – Скажу так: я ее попробовал – и хочу еще.
– Значит, ты все-таки за ней охотишься?! – воскликнул Джонатан, облокачиваясь на стол и выразительно двигая бровями, весь – внимание и интерес.
Оливер опустил взгляд на свои руки.
– Один раз я уже ее поймал. Два года назад, в Вене. Поймал – и отпустил. На этот раз пытаюсь вести себя осторожнее. Я… я должен быть уверен в том, чего хочу на самом деле. Потому что третьей попытки у меня не будет.
Лишь произнеся эти слова вслух, Оливер понял, что уже принял решение. Труднее всего будет, разумеется, убедить Диану. Но сам он больше не сомневался в том, чего хочет. Пусть они и враги, быть может, отчасти даже потому, что с ней все время приходится быть настороже, но он хочет, чтобы она вернулась в его жизнь. И осталась с ним.
Однако Диана – не из тех податливых девиц, что ищут богатого покровителя или готовы растаять от ласкового слова. Как и Оливер, Диана Бенчли не любит стоять на месте. Сейчас можно лишь надеяться, что они двигаются в одном направлении. Даже если это и так, шансы его на успех столь малы, что он и сам не решился бы на себя поставить.
– Ты снимаешь у нее апартаменты, ты вошел в число членов – основателей клуба. Это говорит в твою пользу, верно?
Да Диана его практически принудила! Уж точно, заставила шантажом. Но это Оливер с виконтом обсуждать не собирался. Тем более не собирался обсуждать то… странное чувство, что пронзило его, когда он наконец понял, какую боль причинил ей в Вене. До этого момента Оливер думал лишь о собственных чувствах, о том, как страшился и избегал любых привязанностей.
В тот миг, когда он заглянул в ее полные боли изумрудные глаза, его охватила паника, однако быстро отступила под напором иного чувства. Что это было за чувство, он как следует не понимал, но знал: единственный способ это выяснить – не отступать.
– Ух ты, любопытно! – Мандерли кивнул в сторону двери.
Оливер поднял широкий серебряный нож и поднес его к глазам под таким углом, чтобы видеть в отражении мужчин, вошедших в клуб. Первым его внимание привлек герцог Грейвз – и Оливер сжал челюсти. Право, без его общества в этом сезоне он вполне мог бы обойтись. Слава богу, герцогу пока хватало ума не появляться в клубе «Тантал».
Рядом с Грейвзом второй мужчина выглядел не менее опасным. Оливер мгновенно узнал щуплую фигуру, острый подбородок и пронзительный взгляд. Третий в компании – граф Ларден – тоже его не порадовал.
– Лорд Камерон, – пробормотал Оливер, откладывая нож. – «Любопытно» – не то слово!
Сам Оливер предпочел бы слово «неприятно». Быть может, даже «тревожно».
– Я имел в виду сочетание лорда Камерона с его спутниками, – отозвался Джонатан. – Мне казалось, они вращаются в разных кругах.
– Мне тоже.
Ему сразу пришла на ум очевидная причина, по которой эти трое могли спеться. Клуб «Тантал». Сила, с которой охватило его желание немедленно покинуть «Уайтс» и бежать разыскивать Диану, поразила его самого: как правило, чувство самосохранения было у Оливера куда сильнее человеколюбия.
– Диана не приняла Камерона в члены «Тантала». Может быть, он ищет себе богатых поручителей, чтобы сделать еще один заход?
