В той войне принимал участие царь Федор Иванович. Вместе с царицей он выехал из Москвы в Новгород, затем, оставив супругу в городе, сел на боевого коня… Сделал он это не по собственной воле. Для счастливой жизни ему вполне хватало Московского Кремля, походов с женой по московским и подмосковным монастырям, но Годунову царь нужен был в той войне, царь нужен был войску. Борис собрал огромные силы. Русские полки возглавляли: Федор Мстиславский, Дмитрий Хворостинин, сибирский царевич Маметкул, Ураз-Магмет Онданович Киргизский, известные в ратном деле воеводы. Руководить ими Борису было сложно из-за местничества, с которым боролись русские цари до него и будут бороться еще долгие десятилетия.
Федор Иванович, каким бы слабоумным его ни называли, удовлетворил просьбу правителя и, пока хватало у него сил, одним своим видом помогал Борису совладать с местническим упрямством знатных полководцев.
В той войне Россия одержала победу. Но – незначительную по своим последствиям. Шведы, не обладавшие столь громадными людскими ресурсами, достойно сражались против русских. Этот факт мог подсказать и Годунову, и воеводам, и царю многое. Уже в той войне русские могли почувствовать пока еще едва заметное отставание русских в вооружении. Они не почувствовали этого. Они надеялись на безграничные людские ресурсы, на огромные средства, с помощью которых всегда можно было собрать трехсоттысячное войско.
Никто из русских не обратил внимания на тот факт, что у шведов было людей гораздо меньше! Но они были лучше оснащены и организованы. Годунова нельзя винить в том, что триста тысяч русских воинов не смогли одержать в той войне полную победу, хотя он мог на нее рассчитывать. Но, помимо военных аспектов, мягко говоря, неудавшейся затеи, есть и еще одна, на первый взгляд, незначительная деталь, которая говорит о том, что даже в 1590-1591 годах положение правителя не было прочным и устойчивым.
