Все иностранные министры и монархи той эпохи, принимая посланников Москвы, первым делом слышали от них следующее: «Борис Федорович Годунов есть начальник земли; она вся приказана ему от самодержца и так ныне устроена, что люди дивятся и радуются. Цветет и воинство, и купечество, и народ. Грады украшаются каменными зданиями без налогов, без работы невольной, от царских избытков, с богатою, платою, за труд и художество. Земледельцы живут во льготе, не зная даней. Везде правосудие свято: сильный не обидит слабого; бедный сирота идет смело к Борису Федоровичу жаловаться на его брата или племянника, и сей истинный вельможа обвиняет своих ближних даже без суда, ибо пристрастен к беззащитным и слабым!»
Казалось, такому авторитетнейшему человеку не стоило большого труда выиграть самому, без присутствия в войске царя, войну со шведами. Нет! Все оказалось гораздо сложнее. «Всесильный правитель» просил царя сесть на коня, гарцевать перед воинами, поднимая их боевой дух, а заодно тихим голосом укоряя воевод в непослушании Годунову! Ситуация анекдотичная. «Вань, я медведя поймал» – «Ну, так веди его сюда» – «А он меня не пускает»… «Я всесильный правитель при царе Федоре» – «Ну так правь воеводами!» – «А они меня не слушаются».
Не такой уж он был и всесильный, если не смог один справиться с войском. Приглашая царя поучаствовать в войне, он показал всему миру свою беспомощность не столько перед Рюриковичами, которых бил-бил – не добил еще Грозный, затем добивал – не добил сам Годунов, сколько перед обычаем. Физически уничтожив род Рюриковичей, оба эти государственных деятеля не смогли уничтожить местничество – древний обычай, прочно укоренившийся в сознании русского человека. Впрочем, не эта его ошибка (призывать на помощь блаженного царя и устраивать из войны спектакль с неизвестным финалом) явилась тем стратегическим просчетом, о котором идет речь.
Здесь была другая стратегическая ошибка: мудрый Годунов, блаженный Федор Иванович, сонм бояр, приближенных ко дворцу, неверно распорядились потоком богатств, поступающих из Сибири, Астрахани, Казани, других регионов, пошли по пути, чем-то напоминающем испанский путь с 1492 по 1700 годы. Этот путь не привел к «войне за российское наследство», но надо помнить, что начался он именно во времена правления и царствования Годунова, сделавшего для страны очень много… на средства Сибири.
