От Руси к России полностью

Утром 24 августа Ходкевич бросил в бой личную дружину, конных венгров, запорожцев. Они отбросили русских к Земляному валу. Здесь битва продолжалась более пяти часов. Русские защищались храбро, но интервенты наседали. Пожарский сражался на валу, успевая руководить ходом сражения. Ополченцы и казаки Трубецкого сделали все, что могли, но отступили от Земляного вала. Враг ворвался в Замоскворечье. Пехотинцы – венгры и запорожцы – подошли к Клементовскому острожку, к ним пришло подкрепление из Кремля и Китай-города. Поляки смяли русских, порубили всех до единого, заняли острожек.

Ходкевич, уверенный в победе, ввел в Замоскворечье огромный обоз, который так ждали осажденные в Кремле поляки. Победа интервентов была близка. Но вдруг казаки Трубецкого, получив подкрепление, нанесли неожиданный контрудар по Клементовскому острожку. Противник потерял 700 человек убитыми, замешкался. Пожарский отправил Авраамия Палицына к казакам, которые, обвинив ополченцев в отступлении, начали рассыпаться в разные стороны. Их нужно было уговорить продолжить бой. Палицын это сделал. Пожарский придерживал пехоту, затевал вместе с Мининым всеобщее наступление. Минин собрал несколько сотен конников. Прозвучал сигнал. Русские пошли в наступление.

Оно было неожиданным и стремительным. Войско Ходкевича подалось назад. Но тут ударила по врагу русская конница, и поляки со своими союзниками бежали к Донскому монастырю. Потери у них были большие. На следующий день они бежали из Москвы в сторону Можайска и Вязьмы.

Ополченцы окружили Китай-город, где окопались оккупанты, через два месяца вытеснили их в Кремль. 27 октября (по старому стилю) поляки сдали Кремль.

После посвящения в патриархи Филарета Михаил Федорович заявил, что его отцу должна быть оказываема такая же честь, как и ему, и в стране наступило «двоевластие». Полный государь в церковных делах, патриарх стал не только первым советником и наставником царя, но и фактическим соправителем Русского государства; все грамоты они подписывали оба: впереди стояла подпись Михаила Федоровича, затем – Филарета, которому, как и царю, присвоили титул «великого государя».

Жесткую политику патриарха быстро почувствовали все. Царя оставили в покое «временщики», присосавшиеся к кремлевским богатствам как вампиры.