Мэр растолковал другую географию. Рофийское царство, оно не такое, чтобы «казённые земли разбазаривать». Сюда же меткое высказывание «чужой земли мы не хотим ни пяди, но и своей вершка не отдадим». Сослагательную (не из нашей истории) Аляску не продавали, а при новой власти она сама захотела суверенитета. Руководит ей прозападный президент, партии по типу британских, а в отличие от США, нет выборщиков. На синем флаге белый угол с английским красным крестом, на гербе выдра или калан. Гимн лектор не пересказал, сберёг время. Главное, что рофийские власти не смирились с потерей.
Подоспел креатив. Городской голова узнал, что в реальном мире в списке американских президентов был Тедди Рузвельт с дубинкой. Ну да, началось всё с Гриши. Друг Веселова испугался за безопасность Рофии и решил повлиять на итоги выборов хоть в какой-нибудь западной стране, во избежание. Заядлый патриот взялся за Аляску.
Лектор вспомнил слово «хе-хе».
— В Республике Аляска обосновался социалист Никанор Шиффер из руфских немцев.
У дурика снова сместились брови.
— Здорово. Похоже на Билла Шифра. Это из «Гравити Фоллс».
— Кому что. Он приходится Казаринову названым братом. В обычной истории жил Хилквит, он же Хилькович, американский социалист из российских евреев, который в 1917 году побывал кандидатом в мэры Нью-Йорка. В Сослагательном фигурирует аляскинский социалист Фомкевич, аналог. С Никанором Шиффером в союзе. Шиффер вырастил сына, точнее, вырастил из молодого сына политика. Отправил он отпрыска в Рофию. В Твери Шиффера-младшего радушно приняли как родного сына названого брата городского головы уездного города. Хочешь ты или нет, его познакомили с пересказом твоего сюжета. Шиффер-старший узнал, что в его стране сменится власть, и принял живейшее участие.
Волжский парень почувствовал себя зачинщиком чего-то странного. Он сразу догадался, что за этого вашего Никанора голосовало меньшинство. Председатель Аляски назначил Фомкевича главой правительства, они оба красно-буржуазные, а к власти пришли будто бы по божьей воле. Эти непонятные люди опирались на народные массы, на индейцев, эскимосов и алеутов. Градус прежнего угнетения точно преувеличили.
Мэр перечислил фишки своих друзей. На новом флаге Аляски сейчас красная звезда на синем фоне, на гербе двуглавый орлан. Полицию переименуют в фелицию. Река Юкон послужит аналогом Колымы. Раз уж Сибирь и Аляска — «два берега» (слова из песни, если верить мэру). В будущем Веселов продаст Шифферу железяку на замену замку для ворот. Личная идея главаря города.
Вот кто меняет ход истории в отдельном регионе. Сразу мелкие политики и всякие парни-фантазёры.
Под окном отъезжал мерс. Гришка не сразу заметил, как Веселов полапал Ирку и оставил их обоих в одиночестве.
Долгая тишина. Круглое девичье лицо покрылось улыбкой. Автор креатива свистнул от изумления.
— Ничего себе мы натворили трындец.
В. М. Пуришкевич: «Отважных персон, что согласились с законным появлением за Беринговым проливом Никанора Шиффера, наши вороги и антирофийские супостаты обзывают „держимордами“, как любезно сообщает Новостной граф. И пущай! Можно возразить, что господин Шиффер растёт из социализма, а господин Фомкевич — еврей, но какова их природа, чем выражена их политика? Сии государственные мужи — воистину сильные лидеры. Их самодержавие вызывает уважение и восхищение. Да воцарится красная власть над ныне союзной нам Аляской!»
У. Л. С. Черчилль: «В первую очередь Царь запустил цепь прискорбных событий. Почему следующим шагом стало движение одной из близких для нас стран в пропасть? На смену адекватным силам пришли красные флаги. Сочувствующие рады контрасту с предыдущими временами, когда Аляска, цитирую, „целовалась с либералами, англосаксами и Евроштатами“. Формально оставшись отдельной страной, фактически полуостров потерял независимость. Можно только благодарить Провидение за то, что власти Мосхны и Евстафца не попрали международные нормы в плане аннексий. Закон они применяют как бумажный носовой платок: высморкались и выкинули».
Ф. И. Шаляпин: «У жуткой смеси из-за Берингова пролива мало общего с цивилизованными странами. Вождь рассчитывает на признание, но что-то подгнило в Евсеевом царстве. Дозвольте злободневную песню».
