В руках мужика покачивался замысловатый медальон на длинной цепочке. Рыцарский амулет! Не иначе как со сплавом орстовым сделанный, ишь как отблескивает. И откуда в этой глуши столь дорогая вещь взялась?
Такие, применяли при отлове диких магиков. Буквально за несколько секунд, медальон перекачивал в себя весь магический резерв жертвы, лишая оную возможности колдовать.
Травнику, в целом, на подобные игрушки было плевать, хотя бы по причине отсутствия этого самого резерва. Но на любое действо, а тем более на то, что бы захватить и собрать воедино крупицы силы из окружающего мира, требовалось время. Да и наличие этих крупиц. А, судя по тому, что я даже зрение не смогла перестроить, что в последнее время получалось почти само-собой, магии поблизости не ожидалось. Не иначе как амулет всё сожрал.
Терпение кузнеца, меж тем, закончилось:
-Вяжи их, братцы!!!
Я не успела даже дернуться, как вмешалась теньячка. Окрестности огласились таким тонким пронзительным визгом, что в голове тотчас застучали сотни маленьких молоточков и горячо запульсировал жилка на виске. Звук все усиливался, отдаваясь в голове нестерпимой режущей болью. Крестьянам пришлось и того хуже. Колья мужики побросали, тщетно пытаясь зажать уши. Кто послабее, уже корчились в дорожной пыли, едва не задевая мои копыта. Оборвался визг так внезапно, что от неожиданности я сама заорала, испугавшись, что уже оглохла. В ужасе взвилась на дыбы, и замолотила в воздухе копытами. Из оставшихся на ногах желающих сунуться под удар не нашлось. Стоило только опуститься, как на круп, тяжелым мешком плюхнулся травник и завопил в самое ухо.
– Дёру!!!
По спине тяжело стегнуло еще раз. О втором седоке, я постаралась даже и не думать. Себе дороже! Скакнула вперед и, мстительно сбила грудиной растерявшегося кузнеца.
– Тишшш… – с какой-то злобной радостью, всколыхнулось морочье. Жалобно звякнул под копытом рыцарский медальон, рассыпавшись на блестящие осколки. С победным воплем, я рванула галопом к выходу из деревни.
Увы, Свий тоже не дремал, и везение на этом закончилось. Издалека было видно, что ворота перекрывает массивный, оплетенный железом засов, а привратник, предусмотрительно исчез. Не то морока открыть, а то, что времени на это нет. За спиной уже нарастал топот ног и бранные крики.
Я метнулась, было в сторону, но спутник больно впился пальцами в бока и заорал.
– Вперед!
Воображение услужливо подкинуло картинку распластанного по ограде кровавого пятна, очертаний кентавры. Ой, мамочка! Не так же быстро, в чертоги-то Ветробожьи. Я еще пожить хочу!!!
Грай заунывно заголосил на незнакомом языке. Впереди по дороге прошел мощный поток горячего воздуха. В спину впилось что-то острое и меня словно окатило волной свежести и силы. Шарахнувшись, одним прыжком преодолела оставшееся расстояние и, проскочив в уже распахнутые створки ворот, понеслась прочь от селения.
Задора надолго не хватило. Сказалась тяжелая ночь и накопившаяся за последние дни усталость. Но пару верст я в запале точно отмахала, стремясь к виднеющейся между холмами темной полосе леса. Травник не препятствовал, не меньше моего, желая оказаться где угодно, только бы подальше от гостеприимной Березовки.
Спешившись опушке, спутник предложил предусмотрительно сойти с дороги, на случай если селяне в вдогонку кинутся и переждать погоню ближайших кустах.
Забившись в гущу ветвей и затащив за собой присмиревшую теньячку, мы затаились, словно мыши под веником.
Сидеть в тишине надоело довольно скоро, тем более что преследователей на горизонте не наблюдалось. Тревожно поглядывая на дорогу, я сквозь зубы шипела ругательства и разминала больную ногу. Спутник безуспешно старался разговорить пленницу. Увы, теньячья девица напрочь игнорировала все его попытки пообщаться и лишь раздраженно щелкала зубами, когда травник становился слишком назойливым.
– Итка?! – Грай решил перекинуться на меня, раз тварюжка говорить не возжелала, – Надо что-то делать! Ну не к добру, подобную свиевщину за спиной оставлять. И разузнать ведь теперь, не у кого, что в том селении творилось! Эта молчит, как немая!
Я мрачно покосилась на спутника.
– Нашел у кого разузнавать… Не к добру, было, подобную свиевщину с собой тащить! Куда вот ее теперь? Удавить у нас духу не хватит. Отпустить и ждать ночью голодного лязга над ухом? И поверь, она вовсе не с благодарностями обратно явится!!!
– Ну-у-у…
– Вот тебе и 'ну'!
Я, раздраженно фыркнула и извернулась, пытаясь рассмотреть спину. Запоздало вспомнила, что меня не то укусили, не то укололи чем-то острым. По хребту прошел тревожных холодок, но кроме пары белесых подпалин на шкуре, с медяшку размером, иных следов членовредительства не обнаружилось. Да и то, я не была уверенна, что не ободралась и не обожглась где-то раньше. За последнюю седмицу, где только побывать не пришлось, голову свернуть можно было, не то, что шкуру пропалить.
– Грай, ты мне скажи лучше, как я медальон расколоть умудрилась? Читала ведь, что на рыцарских амулетах, заговор особый, от разломов стоит. Ты поспособствовал?
