— Я беременна и мне нельзя нервничать, — спокойно сказала она. — Если со мной и моими детьми что-то случится, я клянусь, Вадим, я тебя уничтожу. Это моя последняя попытка, восьмая. Если она закончится ничем из-за тебя, ты узнаешь на своей шкуре, что такое месть Отбитой.
— Восьмая? — нахмурился Вадим, стыкуя новые факты между собой. — Должно быть семь, судя по твоим прошлым рассказам. Опять врёшь?
— Седьмая была в апреле, от тебя. Перед тем, как Игорь умер, — тихо, но твёрдо сказала Катя, не позволяя своему голосу дрогнуть. — Три недели, не больше продлилась.
Вадим от неожиданности отпустил её предплечья, несколько раз моргнув, будто компьютер внутри его головы начал перезагрузку. Факты, время, события, её слова о самой себе — всё встало вдруг в ряд, логичный и последовательный. Сопоставляя все это в голове он приходил к неутешительному для себя выводу — она говорит правду.
— Тогда тебя пронесло, папаша, — усмехнулась она. — Будем считать, что это я налажала с таблетками, и второй раз тоже. Ну, такая уж я — залетаю с полшишечки, а вот потом… В общем, я снимаю с тебя всякую ответственность за мой залёт, даже два. И мои дети сейчас — это только моя ответственность. Я тебя услышала, что ты обо мне думаешь, как о будущей матери, хорошо, что ты своё мнение высказал, а то мне плевать не на что было. Ты свободен, от меня в том числе. Я уезжаю, проблем тебе больше не доставлю.
— Я не согласен, — покачал головой Вадим. — У тебя внутри кое-что моё наполовину.
— Твоё лишь на словах. Моих, которые для тебя ничего не стоят, как и я сама, — оскалилась Катя. — Я не дам тебе возможности подать на меня в суд и доказать своё отцовство, понял меня? И мне всё равно, что ты по этому поводу думаешь! Это моё!
Катя ткнула себе пальцем в живот, её глаза лихорадочно заблестели.
— Ты поверила тому, что Свиридов тебе дал, да? Ты поэтому от меня, как от огня бежишь? Ты поверила, что я…
— Нет! Не поверила! Это вообще здесь не при чём! — будто в отчаянии топнула она ножкой и сжала ладони в кулаки. — Я не могу находиться в уязвимом положении рядом с человеком, который считает, что я проблема, которую надо решать, что я до сих пор веду себя, как ребёнок, что я его позорю! Мне представить страшно, что будет, когда у меня на руках будет двое детей, какая лавина тычков в мою сторону обрушится от тебя, когда я стану матерью! Я как-нибудь сама справлюсь без советов человека, который меня ненавидит!
— Я не ненавижу тебя, Катя!
Он так громко это сказал, что у неё зашумело в ушах.
— Ну ты уж как-то определись, а то постоянно слова свои назад забираешь! То люблю, то нет, просто, блять, перепутал! Но знаешь, что, тогда я с тобой была не согласна, а теперь на все сто — ничего не выйдет, Вадим. Между нами всё кончено. Мы как любовники, как партнёры — закончились. Как родители тоже, даже пробовать желания нет. Я всё и так поняла.
— Ты мне мстишь? Моими же словами?
— Нет, просто повторяю, вдруг ты забыл.
— Я так не думал на самом деле! Я хотел лишь узнать, еcть ли у тебя чувства ко мне или нет! Хотел лишь знать, что тебе не всё равно до меня! — Вадим ударил ладонью по корпусу машины позади неё, она вздрогнула от неожиданности и вытащила глаза. — Ты раз за разом меня бортовала! Что я должен был подумать?!
— Ты должен был глаза и уши раскрыть, каменный ты, булыжник! — взвизгнула Катя, отталкивая его подальше от себя толчком в грудь. — Я ведь говорила тебе и не раз, ты просто меня не слышал! А ещё я делала — я всё для тебя делала и не жаловалась, что тяжело! Я всегда была рядом на твоей стороне, а ты этого будто не видел!
— Катя, успокойся, пожалуйста, ты немного перенервничала, — выставил в её сторону ладони Вадим, потому что она начала плакать, а ей было нельзя.
