Катя чувствовала себя как в компьютерной игре шутере, когда у игрока сильные ранения, он вот вот должен умереть — экран красный, сердце бешено стучит в наушниках, тяжёлое дыхание сопровождает каждый шаг навстречу приближающейся смерти. Она вошла в ледовый дворец, на ватных ногах, еле дыша, не слыша ничего вокруг. Прежде чем зайти в зал, где был каток, она засунула под язык успокоительную таблетку и присела у стены, массируя сдавленные словно тугим обручем виски.
На холодном льду шла ожесточенная битва за кусок прессованной резины. Среди снующих туда-сюда мужчин в формах, Катя не смогла разглядеть Вадима. Она знала цвет его формы, но не знала номер. Катя увидела скамейку запасных, орущего тренера на другой стороне арены, огляделась вокруг и подошла ближе к болельщикам. Их было немного, жёны-девушки-любовницы тех, кто был на льду, ведь сегодня просто тренировочный матч любительской команды.
Катя осторожно села рядом с ними, чуть повыше и смотрела на лед, выискивая своего хоккеиста. Через несколько минут она его нашла и улыбнулась, в этой форме он был ещё больше, великан он и есть великан. Пока она морозила свой зад на пластиковом стуле, команда Вадима забили две шайбы. Ее глаза бездумно следили за фигурами на льду, их пируэтами и небольшими стычками, но мысли ее были рядом с Игорем.
К ее горлу подступил комок рыданий, она с трудом их сдержала и сделала глубокий выдох, надо было держаться. Катя вздрогнула от свистка арбитра, который ознаменовал конец матча и обе команды начали выходить с другого бортика катка. Катя поспешила перехватить Вадима по дороге на выход, он шёл на своих коньках без шлема, весь взмыленный в капельках пота на лице, но улыбался, разговаривая с бородатым мужчиной из своей команды.
Этот мужчина заметил Катю первым, её целенаправленный взгляд на Вадима, которому она преградила дорогу, а он не замечал, пока бородатый не толкнул его в бок, кивая на продрогшую девушку.
— Катя, ты здесь, какая неожиданность, — холодно сказал Вадим и подошёл ближе.
Она робко улыбнулась ему и протянула руку, поправляя потные волосы на лбу.
— Я замёрзла немного, пока тебя ждала, дай мне, пожалуйста, ключи от машины, я погреюсь там, тебя подожду.
— Катя что-то случилось? Почему ты здесь? — сдвинул брови Вадим.
— Нам нужно съездить кое-куда, пойдём, а то я околею тут совсем, — застучала зубами Катя и побежала на выход.
Вадим молча вынес ей ключи из раздевалки и ушёл обратно. Катя села в его машину, завела двигатель, настроила водительское кресло под себя и отодвинула пассажирское, чтобы Вадиму хватило места. Она заметила его телефон на полке, он забыл его в машине на зарядке, поэтому не отвечал на звонки.
Урчание мотора постепенно успокаивало ее или это таблетка подействовала, Катя прикрыла глаза и обняла руками руль, упав в него головой. Она отключилась от всего мира, сосредоточившись на гуле мотора и своём дыхании, чтобы не пропустить вдох.
Пока Вадим принимал душ и одевался, он раздумывал, зачем она пришла, и ее измученный вид его напугал. Она пришла что-то сообщить, вот только что? Явно ничего хорошего, лучшим вариантом из всех он рассматривал ее возможную беременность, не зря вчера тошнило.
Катя сидела на его месте, как будто спала, а может плакала, она не подняла головы ни когда он открыл багажник и положил туда свою хоккейную сумку, ни когда он открыл водительскую дверь.
Катя очнулась, когда Вадим тронул ее за плечо.
— Что с тобой?
— Со мной ничего. Вадим, сядь, пожалуйста, надо поговорить.
— Что?
— Просто сядь, пожалуйста, рядом!
Вадим обошёл свою машину и сел на пассажирское сиденье. Катя повернула к нему голову, нервно сжимая колени руками.
— У Игоря случился обширный инфаркт. Он жив, сейчас в реанимации. Поговорим с врачом.
Она взяла его телефон с полки, посмотрела процент зарядки и отдала его Вадиму в руки.
— Тебе нужно сделать пару звонков, его самым близким друзьям, я не могу. Сейчас расскажу, как всё произошло в двух словах. Помощь нам не нужна, врачи хорошие, больница лучшая в городе, дальше будет видно. Просто нужно сообщить.
Катя дрожащим голосом рассказала, что случилось, но не позволила себе заплакать. Вадим молча ее слушал, сжимая в кулак всю свою боль, которая только что обрушилась на него. Когда Катя закончила, она сообщила ещё одну новость:
— Я поведу, пристегнись.
Катя включила первую передачу и тронулась с места, аккуратно выруливая со стоянки. Вадим начал звонить, первый в очереди был Быстрицкий, один из лучших друзей Игоря. Автоледи сосредоточенно смотрела на дорогу, крепко сжимая руль. Каждый раз, когда она притормаживала на красный свет, Вадим будто тормозил рядом. Мужчины слишком переживают за свои тачки, когда за рулём женщина, усмехнулась про себя Катя.
Благополучно доехав до здания больницы, она припарковалась, позвонила доктору и они втроём встретились в коридоре больницы. Ничего нового он не сказал, нужно дождаться утра, будут понятны последствия, к Игорю было нельзя. Все робкие надежды были оставлены до утра.
