— Вадим, это же пиздец! Случился пиздец! — замахала она руками над головой, от этого её грудь под маечкой заколыхалась, отвлекая его внимание. — У нас труп на объекте! А может и убийца работает у нас же? Мы искали крысу, а у нас маньяк в штате?!
— Один труп это не маньяк.
— Это всё равно пиздец!
Вадим тяжело вздохнул и поднялся, подойдя к ней он взял её за предплечья и посмотрел в глаза.
— Во-первых, тело привезли в куче песка, который вывалили у нас на объекте. Неизвестно, сколько он там пролежал, пока вчера его не обнаружили. Вряд ли это кто-то из наших, это просто случайность, левый человек.
— Случайности бывают не случайными, мы уже выяснили этот момент. Помнишь? Проститутка твоя случайной не была! — замотала она головой. — У нас всё как-то наперекосяк. То одно, то другое и тут труп сверху свалился!
— Я знаю, Катя, выглядит плохо, но беспокоиться не о чем.
— Не о чем? Что, блять, вокруг нас происходит?!
— Просто жизнь, которая бывает иногда паршивой. Я позвонил Быкову, он всё организовал, в прессу ничего не попало. Быков сказал, что убили её не у нас и давно, улики собрали, тело забрали. Мы не при чём, работаем дальше по графику.
— Она? Это женщина?
— Да.
— И кто её убил?
— А вот это не наша забота и работа, — твёрдо сказал Вадим, обнимая её за поникшие плечи.
Катя вдруг вспомнила о пропавших девушках, что лежали у неё в кладовке. Может, одна из них нашла своё последнее пристанище в куче песка? Великан будто прочитал её мысли и сжал в объятиях сильнее.
— Даже не думай в это дело нос свой совать. У нас своя работа, у Быкова своя. Это не твоё дело.
«А чьё? Никто же ничего не делает» — подумала Катя.
— Твоё главное дело — собрать за день чемодан. Завтра вечером у нас с тобой самолёт. Отметим твои успехи и мой день рождения в Испании.
Катя чертыхнулась про себя, она совсем забыла, что у него день рождения. Зато подарок она ему купила ещё месяц назад. У Великана не было ни одной кожаной куртки, она решила исправить это досадное недоразумение.
Только на морском побережье они оба будто остановились, перестали лихорадочно бежать от своей боли. Этот отдых разительно отличался от их каникул на Кубе. Они никуда не ходили кроме пляжа и ресторанов на набережной около отеля. Всю неделю они купались в море, почти не плавали, просто обнимались, стоя в воде. Катя забиралась к Великану на спину, обхватывала его плечи руками, а ногами бёдра и говорила ему на ушко:
— Покатай меня, большая черепаха.
По ночам они сидели вдвоём на пустом пляже и смотрели на ночное небо, слушая море, рассматривая знакомые созвездия.
— И пускай фонари светят ярче тысячи звёзд, фонари все погаснут, а звёзды останутся светить, — как-то сказала Катя, глядя на тёмное небо.
В день рождения Великана после ресторана она потащила его на пляж в темноту ночи. Он уж было подумал, что сейчас у них будет дикий секс на диком пляже, но у Кати был запланирован романтик. Она заставила его сесть на песок и закрыть глаза. Он подчинился, закрыл глаза и в шуме прибоя он различал как она тихо двигается около него, чем-то шурша. Вадим унюхал сладковатый запах похожий на ваниль, затем к нему присоединилась клубника. Катя устроилась между его широко расставленных ног и громко сказала:
— Открывай!
Вадим убрал руки от лица и увидел её, с улыбкой до ушей, в вытянутых ладошках она держала тарелку с кусочком торта с клубникой и горящей свечкой, воткнутой в него. Вокруг них стало слишком светло — десяток свечей, расставленных вокруг освещал их обоих.
Катя запела, громким и мелодичным голосом ту самую раздражающую песенку, которую Вадим про себя называл «хэппи пёздей ту ю». Но в её исполнении она вызывала у него только восторг. Вадим нем cмог сдержать улыбку, глядя как она старается петь.
— Загадай желание и дуй! Оно обязательно сбудется! — закивала головкой Катя.
Вадим задумался, а чего он, собственно, хочет? Если только её.
Именниник вдохнул в себя побольше воздуха и задул таки свечку.
— Только мне не говори, что загадал, а то не сбудется. Съешь один кусочек, а мне всё остальное.
Скормив причитающуюся ему часть размером в один укус, Катя уселась между его ног, облокотившись спиной на Великана и стала поедать его торт.
— Я ни фига не романтичная особа, если что.
— Я так и понял, — вздохнул Вадим, целуя в плечо и крепче обнимая за талию.
Доев десерт, Катя устроилась поудобнее в его объятиях и они молча слушали шум прибоя, глядя на пенящиеся у берега волны.
— Ты не любишь свой день рождения, так ведь? Никогда не отмечаешь. Игорь говорил.
— Это дети любят дни рождения, подарки, я ведь не ребёнок. Хотя я и в детстве не любил, особо не за что было.
— Понимаю. Я тоже не отмечаю давно, хотя подарки мне всё равно дарят и поздравляют, хоть телефон отключай. Я не люблю этот день, но мне становится теплее на душе, что есть на свете люди, которые рады, что я родилась и ещё один год прожила рядом с ними.
