Игорь был всегда рад поговорить. Он говорил — Вадим слушал, впитывал всё, чему он его учил. Игорь заставлял его работать больше, чем других, спрашивал с него строже, держал ближе к себе, только спустя годы Вадим понял почему. Чтобы у него не оставалось ни времени, ни сил на улицу, где из таких пацанов, как Вадим, без внятного будущего, она делала тех, у кого будущего нет вообще.
Ближе к совершеннолетию, когда на горизонте замаячила армия, он всё ещё был с Леной и хотел с ней и оставаться, но из армии она его не дождалась, связалась с плохой компанией и полетела по наклонной. Обычная история среди таких, как они оба.
Это были его самые продолжительные отношения, с ней он был не одинок. А что теперь? Ему нравилось жить холостяком, уединённо, без женщины в его доме. Он не особо верил в брак, верность и прочую чушь вроде любви, потому что единственная любовь в его жизни, похожая на ту, о которой он читал в книгах, его предала.
Он отложил книгу на пассажирское сиденье, посмотрел на дом Кати, где горели окна, он не знал, какие из них её. Ему было интересно, если он постучит, она откроет ему дверь? Вряд ли, её посыл был прост и понятен. Зачем он ей сказал, что она ему не нравится? Уже как будто бы это не так.
Вернувшись домой, Вадим открыл книгу, что ему дала Катя. Читать он предпочитал у себя в кабинете на кресле с удобной подставкой для ног. Обе стены занимали книжные шкафы, он по-прежнему чувствовал себя уютнее всего в окружении книжных полок, будто ничего в его жизни за эти годы не изменилось. Всё тот же угрюмый мальчик среди книг и одиночества.
На следующий день когда Вадим зашёл в приёмную, Ирина приветливо поздоровалась и добавила:
— Вы не обращайте внимания, это для Катерины обычная ситуация, — кивнула она в сторону двери.
Толкая дверь Вадим не знал, что от неё ожидать, оказалось, она лежала на полу, задрав ноги на стену. Скрестив ножки и сложив ручки на груди, Катя смотрела в потолок, даже не заметив, что он вошёл. Стиль одежды Отбитой, как всегда, точно соответствовал её хаосу в голове — её мотало от классики до рокерской тематики, а между ними могло быть что угодно.
Сегодня, к примеру, французский мим — чёрные укороченные брюки, лонгслив в чёрно-белую широкую полоску, красные подтяжки и, неожиданно, жёлтые носки, которые выделялись ярким пятном на стене. Вадим подошёл ближе и посмотрел на девушку у его ног, та лениво повернула голову и вытащила беспроводной наушник из уха.
— Здравствуйте, Вадим Алексеевич! Располагайтесь, чувствуйте себя как у меня в кабинете. Я тут раздумываю над сложившейся финансовой ситуацией, попрошу меня не отвлекать. Спасибо.
— Не лежала бы ты на холодном полу, Катя.
— Я лежу на коврике для йоги, к вашему сведению, если вы не заметили.
Она засунула наушник обратно и пошевелила пальчиками ног. На её жёлтых носках Вадиму заулыбались смешные рожицы нарисованные на ананасах.
Вошла Ирина с ежедневником в руках, они начали обсуждать его расписание ближайших встреч, о которых они договаривались с Игорем. Ирина быстро внесла всё в календарь.
Вся компания жила по общему рабочему календарю, где можно было посмотреть расписание каждого сотрудника, общая система учёта всех сотрудников с профилем на внутреннем сайте компании, как в соцсетях, только рабочая информация. Облачное хранилище, где хранилась информация по всем текущим проектам, чертежи, документация позволяло в любой момент времени найти нужные файлы, ограничить или открыть доступ, свести потерю важной информации к минимум. Эта чёткая система, как узнал позже Вадим, была внедрена креативным директором, которая создала новое подразделение айтишников. «Она ведь финансами занимается, откуда у неё такие знания?» — подумал тогда Вадим.
Отбитая весь разговор с Ириной лежала на полу и не вставала. Когда она ушла, тут же пришли близнецы и уселись в свои кресла, поздоровавшись с Вадимом.
— О, в финансовом какие-то трудности, надо провести платежи, которых там не должно быть, а может опять кто-то не платит по счёту, — кивнул на Катю Макс, она и не заметила их присутствия.
Братья как всегда начали отвлекать Вадима своей болтовнёй, вдруг Катя резко убрала ноги со стены и села по турецки боком к ним и уперлась взглядом в стену напротив.
— Ну точняк, так мы тебя и прижмём, жучара! — процедила сквозь зубы Катя и резко встала, надевая обувь.
— Кому-то пиздец, — тихо сказал Павлик Вадиму.
— О здорово, пацаны, чё как? — подошла Катя к парням и выставила им ладошки, они хлопнули по ним, каждый в свою. — Игорь у себя? Один? Я к нему.
— Ты не обращай внимания и не трогай её, когда она лежит на полу, она думает, — сказал Вадиму Макс, когда Отбитая их покинула. — И вообще до неё не дотрагивайся, понял? Она тебя может трогать, ты ее нет. Ну, не в смысле лапать тебя будет, а просто типа по-дружески, по плечу там хлопнуть, обнять, а ты даже не думай! Сразу предупреждаю, она не любит нарушителей ее личного пространства. Может и в глаз дать, такое уже было просто, поэтому сразу говорю.
