Война обогащает банкиров, всякого рода торговцев, крупных промышленников и денежных тузов. Разве они не нуждаются постоянно в новых рынках для своих продуктов и в девственных землях для своих спекуляций, иначе говоря, в новых колониях? А отсюда — новые войны, то с целью завоевания этих колоний, то с целью заставить уважать, как в настоящее время в Китае, жизнь и имущество разбойников-эксплуататоров. И достаточно разногласия между державами, интересы которых затронуты в какой-либо заморской стране, чтобы возникла европейская война. А разве наши великие патриоты не получают громадных барышей с поставок гнилых консервов для солдат своего отечества и с поставки иностранцам прекрасных орудий и кораблей?
Золотые мешки являются повсюду хозяевами положения: они сменяют министров, распускают или собирают парламенты, объявляют вакантными или упраздненными самые троны. Они остаются за кулисами, но именно, они-то и решают наши судьбы и руководят бойнями, в которых мы находим свою смерть. Они держат в своих руках нить комедии, в которой мы всегда остаемся одураченными и побитыми.
Война оживляет национальные чувства, а для правительства в высшей степени важно, чтобы они не ослабевали. Действительно, власть сильна враждой между народностями.
И так для того чтобы народы тесно группировались вокруг своих эксплуататоров-разбойников и оставались послушными, их натравливают время от времени друг на друга, или, по крайней мере, идеей войны разжигают их злобу а ненависть.
Что будут делать наши господа в тот день, когда они не смогут прикрывать свои незаконные поборы и злоупотребления властью мнимыми
Главное назначение внешних войн — это служить оправданием армии и той роли, какую последняя играет в борьбе классов. Под предлогом защиты отечества организуется защита капиталистов и благородные подвиги поля чести служат лишь ширмой для прикрытия постыдных дел подавления стачек а избиения манифестантов; по тому что, как бы ни были циничны наши хозяева, все же у них не хватает смелости заявить, что армий есть не что иное как жандармерия, держащая бедного под игом богатого и трудящегося под игом паразита.
Важно также поддержать престиж. Султаны, шпоры, оружие, галуны, трубы и знамена импонируют наивным массам. Блестит ли штык на солнце или вонзается в тело голодных, — он всегда оказывает услугу власти. Императоры обыкновенно одеваются в генеральские мундиры; главным времяпрепровождением их является военные смотры. Они не решаются показываться одетыми, как обыкновенные смертные, и самое незначительное передвижение их сопровождается военной шумихой.
И это они-то обещают нам разоружение! Как бы не так!
Наши господа откажутся от миллионных армий только тогда, когда их принудят к тому. Мир между людьми водворится не императорским рескриптом, не как результат дипломатического конгресса, он явится делом пародов. И чтобы добиться мира, нужно начать с возмущения против своих господ. Попа правящие будут стоять у власти, они не перестанут натравлять народы друг на друга и создавать раздоры и конфликты между ними, потому что им выгодны эти раздоры и конфликты. Они будут вести войны, или вернее, мы будем их вести ради их пользы до тех пор, пока мы будем их снабжать послушными армиями.
Вот почему нелепо говорить, как это часто повторяют, что нельзя обойтись без армии, пушек и ружей, пока существует риск войны. Если мы не будем трогать армии, пока война возможна, то вследствие того, что война возможна и даже вероятна именно благодаря наличности армии, мы никогда и не увидим ни прекращения войн, ни уничтожения армий. А этого только и хотят наши господа. Поэтому-то они и повторяют неустанно это идиотское рассуждение. Каждая нация, вернее, каждое правительство оправдывает армию необходимостью обороны, что ни одному правительству не мешает употреблять эту армию обороны для нападения.
Есть люди, которые никак не могут выбраться из этого заколдованного круга; наивные, они искренно ненавидят войну и с уважением относятся к армии. Но что такое армия как не готовящаяся война? Желать вырвать у властелинов мира право по своему усмотрению производить опустошения и убийства и оставлять в их руках смертоносное орудие! Ненавидеть человеческую бойню и терпеть существование опасной касты, изучающей ее усовершенствованные способы!
Пока люди будут настолько глупы, ты можешь быть уверен, что императоры, министры и финансисты, заинтересованные в ведении войн, будут продолжать в насмешку организовывать конгрессы мира
Не надо никогда забывать, что, в конечном счете, война и армия, обусловливающие друг друга, сливаются в одно целое. Невозможно успешно бороться с одной из них, не уничтожив другой.
Долой армию! Долой войну! Вот клич тех, которые хотят покончить с этим двойным варварством.