Но Драко было уже не остановить. Плевать, что подумает Лавгуд. Малахольная всё равно уже обо всём догадалась. И он хохотал над кроликами и над раскрасневшейся Гермионой, несдержанно и так свободно, что кудрявая не выдержала и стала смеяться вместе с ним. Она легонько хлопнула его по плечу, шепча сквозь смех:
— Ну всё, хватит, перестань! — Он поймал её руку и закрутил, прижимая к себе. — Отпусти, негодяй! — хихикала Грейнджер.
— Дерёшься, мисс Кролик? — шепнул он ей на ухо. — У меня для тебя есть вкусная морковка!
Грейнджер фыркнула, еле сдерживая новую лавину смеха. Он хотел поцеловать её, но заметил, что Лавгуд стоит у заборчика и с интересом смотрит на них, а на её лице играет добрая улыбка.
— Знаете, а Невилл сделал мне предложение, — вдруг проговорила она.
Драко выпустил Гермиону из объятий.
— Поздравляю тебя! — в один голос воскликнули они с Грейнджер, переглянулись и вновь рассмеялись.
Лавгуд покачала головой:
— Да поздравлять вообще-то не с чем. Я отказала ему.
Драко недоумённо изогнул бровь. Всё-таки Лавгуд странная… Лонгботтом ей подходил как никто: известный волшебник, вроде не бедный и выглядит неплохо. Почему она отказалась от столь выгодного предложения?
— Но почему? — озвучила его мысли Грейнджер. — Невилл же такой замечательный парень и он… — она расстроенно вздохнула.
Лавгуд успокаивающе улыбнулась:
— Я знаю, он хороший парень и надёжный друг. Любая была бы рада стать женой такого доброго, красивого человека, как Невилл. Но… — она мечтательно вгляделась куда-то за плечо Гермионы. — Я хочу ощущать ещё что-то, кроме дружеских чувств к тому мужчине, что будет со мной рядом. Что-то волшебное.
Гермиона переглянулась с Драко, совершенно не понимая её.
— О чём ты?
— Я говорю о притяжении… Об искре. Я чувствую её между вами, — для большей убедительности она жестом обвела их силуэты ладонями. — И так было всегда, даже в Хогвартсе. Но Драко и ты, Гермиона, слишком упрямы и слепы, чтобы это заметить… Ой, кролики! — она бросилась к вольеру, увидев, что пушистые зверьки пытаются улететь.
Драко хмыкнул, чувствуя непонятное смятение. Что значит «так было всегда»? Ничего такого он не чувствовал раньше. Грейнджер ужасно раздражала его в школе, и ему постоянно хотелось задеть её. Тогда она не была настолько соблазнительно сексуальной и уверенной в себе. Она была мелкой и въедливой, как мошкара, а ещё резкой, шумной и страшненькой худышкой! И он не сдерживал себя, когда ему хотелось наговорить ей гадостей.
Чёрт, а ведь это действительно выглядит так, будто Гермиона была ему не безразлична…
Может быть она и правда нравилась ему, а Драко не понимал этого своим глупым детским умишком? Тем более, что позже он несколько раз порывался спасти её. Тогда в лесу — на чемпионате по квиддичу. И дома, когда их троицу поймали егеря. Драко взглянул на такую же странно притихшую Гермиону. Она о чём-то раздумывала, но, заметив его внимание, быстро пришла в себя и невинно улыбнулась:
— Искра?
— Ещё какая, Грейнджер! Пожар, фейерверк, взрыв, извержение вулкана… — Драко усмехнулся, решив перевести всё в шутку, и она снова легонько толкнула его в плечо.
— Хватит, мистер Кролик! Вы думаете только об одном!
Драко коротко хохотнул.
— Да я даже словом не обмолвился! Может, это кто-то другой об одном думает? — он поиграл бровями.
Грейнджер смутилась, снова толкнув его, а Драко схватил девичьи руки и поцеловал её ладошки с тыльной стороны.
— Но мне это нравится, — проговорил он с довольным выражением на лице и предложил: — Пойдём поужинаем вместе?
Гермиона, грустно вздохнув, оглянулась:
— Драко, ты иди, а я хочу поговорить с Невиллом… Он вчера наконец-то решился сказать о своих чувствах, и я тому виной. Наверное, сейчас он разбит.
Малфой отпустил её ладони, в который раз испытывая небольшой дискомфорт от расставания с ней.
— Ладно, Грейнджер, иди спасай своего Невилла от самоубийства, а я пока проверю, как там дела в отеле, и соображу нам поесть.
— Как ты можешь быть таким чёрствым? Невилл действительно любит Луну… — возмутилась Гермиона.
— Ты же не веришь в любовь? — усмехнулся Малфой, скрещивая руки на груди: ему стало интересно, что же она ответит.
— Не верю, — подтвердила ведьма. — Но это лишь моё убеждение. Возможно, она всё-таки существует, ведь кто-то верит в неё. В настоящую любовь. Окрыляющую, исцеляющую и меняющую всё, задевающую не только тело, но и душу. И я даже не знаю, хотела бы я полюбить вот так, по-настоящему. Скорее всего, нет. — Гермиона закусила губу. — Как говорит мой психолог — просто я боюсь потерять контроль над собой и своей жизнью. — Она пожала плечами. — И я с ним согласна. Контроль даёт ощущение стабильности и спокойствия.
