Отель «Манифик» полностью

На ватных ногах я обошла островок грязи и вышла на полянку. Если бы в этот момент подо мной разверзлась земля и кто-нибудь крикнул: «Вот! Гляди! Здесь твое место! Навечно!», я бы нисколько не удивилась. Но слышно было лишь барабанную дробь дождя. Я думала, что если мы вернемся сюда, то все наладится и мы окажемся в безопасности. И вот я стояла у каменной стены такая несчастная, какой никогда не была даже в Дюрке.

Я обняла саму себя и по щекам заструились слезы. Я горько затосковала по прошлому, по тому, чего уже никак не вернуть. Вообразила себя – маленькую девочку, бегущую вдоль стены и тянущую за собой сестренку.

Как же мне не хватало Зоси.

Я никогда не спрашивала ее, хочет ли она сама сюда вернуться. Если быть с собой честной, мне страшно было задавать этот вопрос. Зося никогда не рассказывала об Алиньи взахлеб, как я сама. Надо было побольше ее слушать. Но я была до того упрямой, что не обращала внимания на ее желания. А теперь было уже слишком поздно.

Я оторвала от ботинка приставший листик и скользнула пальцами по земле. Набрала полную горсть влажных листьев и постаралась прочувствовать Алиньи всем сердцем, как бывало всякий раз, когда я рисовала карты. Увы, это место ощущалось точно так же, как Скаади или Прит.

Но такого просто не может быть! Это же мой родной и единственный дом!

Последние несколько недель мне хотелось спрятаться среди воспоминаний об этой деревне и жить только в них. Но теперь они казались какими-то чужими – принадлежавшими тому, кого я уже и не узнавала толком. Девушке, которая не вынесла бы всего того, что за последние четыре года пережила я.

И все же я оставалась собой. Если совсем честно, я теперь была собой даже в большей степени, чем прежде.

Я вскинула голову и повернулась к деревьям, с которых стекала вода, к угловатым стенам, окружавшим меня. Я убедила саму себя, что тут мне самое место, потому что мне безумно хотелось быть своей хоть где-то, снова почувствовать себя в безопасности. Но теперь я отчетливо поняла, что Алиньи не сделает меня счастливой.

Эта деревня теперь была все равно что тесные туфельки, натирающие пятку. Тесное девичье платьице, расходящееся по швам.

Я глубоко вздохнула. Было совершенно ясно: мне нужно большее. Мне мало этого островка земли меж деревьев. Мало расстояния от северной стены до южной.

Мне нужно больше.

Я инстинктивно нырнула рукой в карман и облегченно выдохнула, нащупав прохладный металлический корпус космолябии, сулящей столько чудес.

Если сюминары и впрямь выбирают себе артефакты, опираясь на заветное желание своей души, выходит, моя совсем не хотела оставаться на одном месте до конца жизни. Возможно, она жаждала путешествий. Или приключений. Но теперь и то, и другое казалось невозможным.

На глаза навернулись новые слезы, затуманив зрение, и я утерла их мокрым рукавом. Не важно, чего я хочу, когда все в ловушке, а я бессильна помочь.

«Нет, это неправда», – упрямо напомнила я самой себе. Третий ящик по правую руку по-прежнему ждал меня. В нем было спрятано все, что даровало Аластеру власть над нами, но сперва нужно было раздобыть кольцо.

От раздумий меня отвлек порыв ветра. Рукава насквозь вымокли, юбку ждала та же участь. Сидо стоял чуть поодаль, спрятавшись от непогоды под деревом. Стоило последовать его примеру и переждать ливень.

Я приподняла промокший подол и побежала к арке в каменной стене. Шириной она была с большой дверной проем. Раньше тут был вход, но теперь его закрыли, и ворота заросли сорной травой. Я наклонилась и выжала подол юбки. Позади хрустнула ветка. Я была не одна.

Я осторожно обернулась.

У противоположного края арки – от силы, футах в четырех от меня – стоял Кор, прислонившись к стене. Волосы у него вымокли и торчали во все стороны.

Я все еще злилась на него, и все же мне вдруг нестерпимо захотелось пригладить ему волосы, смахнуть капельки дождя с бровей.

Кор задержал на мне взгляд, а потом отвел его.

– Ливень скоро закончится.

– Будем надеяться.

Я прижалась спиной к холодной каменной стене, встав от Кора как можно дальше, и потерла ладони друг от друга, чтобы согреться. Кор, должно быть, чувствовал нечто похожее – он не осмеливался еще раз взглянуть мне в глаза, да и я совершенно точно не горела желанием встречаться с ним взглядами. Вскоре меня начала бить дрожь. Я обняла себя за плечи, но рукава были такими же мокрыми, как и вся остальная одежда.

Кор стянул с себя форменный пиджак и протянул мне.

– На этот раз у меня нет при себе сухого наряда, но этот поможет пережить дождь.

– Я в порядке, – ответила я сквозь стук зубов.

– Не упрямься, – строго ответил он и закутал меня.

Шерсть еще не успела остыть от прикосновений к его телу. Я приподняла ворот, пряча за ним промокшие уши. Стало гораздо лучше, но я все равно насупилась для виду.

Кор улыбнулся уголком рта.

– Я скучал по твоим гримасам.

Я изобразила невозмутимость, отвернулась от него и уставилась на дождь.

– На Рынке Желаний я вел себя как форменный мерзавец, – сказал он, немного помолчав.

– С этим сложно спорить.

– Извини меня.