Отель «Манифик» полностью

– А ну положи на место, – зашептала мне торговка снадобьями. – Он неразбавленный! Если вытечет, не оберешься жутких видений!

– Не глупи! – громко вторила ей Ирса.

Я стала медленно опускать бутылочку. А когда Сидо прыгнул вперед, мне только и осталось, что «сглупить».

– Задержите дыхание, – велела я торговке.

Она с ужасом смотрела, как я швыряю пузырек на землю. От удара он разлетелся, и над осколками взвилось сверкающее серебристое облачко. Оно быстро растекалось, точно чернильная капля в воде. Я едва успела заткнуть нос и рот. А вот зажмуриться не подумала и сощурилась только когда маслянистый туман увлажнил мне лицо и просочился в самую глотку. Мир канул в бархатистый мрак. Раздались крики, и Аллея Шарлатанов превратилась в сцену прямиком из кошмара, вырвавшегося из жуткой склянки.

Правой рукой я сжимала Зосину клетку, а левой начала судорожно водить по тележке алхимика. К горлу подкатила тошнота. Густой туман лез в глаза, по коже бегали мурашки, но куда хуже были видения, открывшиеся моему взгляду.

«Это все не взаправду. Кошмар искажает мои чувства, – твердила я себе. – Главное – идти».

В нос ударил запах гниющей плоти. Существа, встречавшиеся мне на пути, утратили всякое сходство с женщинами. Я вскрикнула, увидев огромного черного червя, копошащегося у стены. Из его рта показался раздвоенный язык. Он скользнул по моей шее, шершавый и мокрый. Каменная статуя обернулась и подмигнула мне. Она вскинула когтистую руку и схватилась за собственное горло. Улицу наполнил женский вопль.

Посреди Аллеи шевельнулась высокая фигура. Из пустой глазницы сочилась кровь, одного глаза не хватало. Правая сторона тела выглядела так, словно от нее оторвали кусок.

Сидо.

Мотая головой из стороны в сторону, он огибал других жутких созданий, которыми полнилась улица. Умом я понимала, что Сидо по-прежнему человек, просто кошмар поработил мое зрение, но все равно было тошно.

– Жани! – прогремел голос Ирсы. Вперед выступила фигура. Она походила на Ирсу и в то же время отличалась. Она была выше всех здесь и грозно нависла над нами.

«Беги», – скомандовала я сама себе, но так и осталась стоять, неподвижно глядя на существо, прежде бывшее Ирсой. Она прислонилась к стене и утерла глаза.

Вернее, никаких глаз у нее не было. Были лишь дыры, из которых сочилась белая жидкость – казалось, она плачет той самой субстанцией, так похожей на молоко.

Ирса зашагала ко мне – уверенно, как зрячая. Ее рот распахнулся. Зубы у нее были острые, словно заточенные на концах.

– Никуда ты от нас не денешься, слышишь, – проговорила она. Из ее пасти показался язык, похожий на хвост скорпиона. А следом она выудила из кармана еще один кусочек фарфора и стала катать его по ладони. Так это угроза. Тут она показала мне этот самый кусочек, и я обмерла.

– Чей это?

– Сама знаешь.

Мне стало нечем дышать. Безумно захотелось вырвать фарфор у нее из пальцев, но Сидо уже подошел сзади. Рисковать не стоило. Придется повиноваться.

– Метрдотель хочет, чтобы ты вернулась к двум, иначе он сам разломает эту штучку. Подозреваю, мы скоро увидимся. Недаром же ты своими глазами видела, на что способна моя чайная чашечка, – заметила она, помахивая фарфоровой фигуркой. Это был не глаз, а палец, вот только не маленький Зосин.

А мужской.

Я спешила, то и дело спотыкаясь, мощеными улочками через город, полный чудовищ, и безутешно плакала.

«Это все не взаправду, не взаправду», – твердила я себе, пробираясь к берегам Нуара. У железных перил я наконец остановилась. Клетка упала на землю, и Зося недовольно пискнула. Меня вывернуло наизнанку.

Даже в этом мире кошмара Зося нисколько не изменилась. Она клюнула меня за руку. Ее била дрожь.

– Мне так жаль, – сказала я и хотела было погладить ее перышки, но она недовольно их вздыбила и зажмурилась.

– Мы найдем выход, обещаю.

Стоило мне произнести эти слова, и я прикусила щеку. Очередная ложь, которой я защищаю сестру, – в очередной раз за долгие годы.

– Если честно, я не знаю, что делать. Я напугана до смерти и страшно устала. Так устала, что того и гляди упаду. – Зося вынула голову из-под крылышка. Я стерла с лица серебристые остатки тумана и заморгала. – А еще у меня такое чувство, точно пятьдесят улиток раскатали слизь мне по глазам.

Зося боднула прутья клетки.

– И не надо на меня так смотреть. – Даже в птичьем обличье она глядела серьезно и внимательно. – Поверить не могу. Я ведь и впрямь говорю с птицей!

Зося чирикнула, словно прекрасно поняла мои слова.

– Ну ладно, ладно. С очень смышленой и отважной юной особой, запертой в теле птицы.

Взяв клетку одной рукой, а другой вцепившись в перила, я пошла дальше. Через несколько минут мне попались ступеньки, ведущие к самой реке. Я поставила Зосю на землю и побрызгала себе в лицо водой.

– Который час? Подскажите, который час? – крикнула я рыбакам, тянувшим сети. Они отступили на шаг – все, кроме одного старика.

– Еще и одиннадцати не пробило.

Осталось три часа.