Она поражённо замолчала, как будто сказала что-то ужасное, как будто с уст сорвалось непростительное. Том же, наоборот, усмехнулся.
— Не вижу ничего забавного, — с досадой упрекнула Гвен.
— Забавно, что твоя жизнь зависит от этих людей, — сказал Том, поднимая презрительный взгляд.
— Мерлин, разумеется, зависит! — вспыхнула она. — Твоя жизнь точно так же зависит от семьи!
— Ошибаешься, — прошипел он, ядовито улыбаясь. — У меня нет семьи, никогда не было и не будет.
Гвен вздрогнула и прокашлялась:
— Мне не стоило…
— Я вырос в приюте, — безжалостно продолжал тот.
— Если тебе тяжело об этом говорить, можешь не…
— Этот гнусный магл бросил мать, потому что она оказалась волшебницей.
— Ты что, выходит, полукровка? — ляпнула Гвен и замерла, потому что поняла: не стоило этого спрашивать.
Том тяжело дышал, ноздри по-звериному раздувались, стрелы бровей сошлись на переносице. Он медленно отставил бокал, отчего Гвен сжалась и принялась оправдываться:
— Я бы ни за что не подумала, — лепетала она. — Ты всегда был таким воспитанным и прилежным…
— Довольно! — Том вскочил с места, и Гвен безотчётно повторила его действия.
Они застыли друг напротив друга. Он смотрел свысока, этот некогда маленький волчонок, который сейчас превратился в настоящего монстра.
Нет, конечно же, не в монстра. Гвен отогнала глупый мираж и едва слышно вымолвила:
— Прости? — это был скорее вопрос.
Что-то в его облике испугало. Что-то, чего она раньше не замечала или просто отказывалась замечать. Его взгляд заметался, это придало сил продолжать:
— Прости, если оскорбила тебя, хоть я и правда не знаю, за что тут извиняться. Я не отношусь к тем волшебникам, что судят по происхождению. Будь ты хоть полутроллем, какая разница, если твои способности стоят дюжины таких чистокровных, как я?
Последние слова Гвен не хотела говорить, они вырвались сами собой, потому что зрели в голове все эти годы, а сегодня подтвердились окончательно. Том сражался блестяще, и если бы не он, страшно подумать, что случилось бы с ней этой ночью.
Она поймала себя на том, что стоит, откинув голову назад, так близко, что может рассмотреть в свете огня радужку его тёмных глаз. Оказывается, синих.
Это маленькое открытие вскружило голову. Может, тому виной густой дурман, заполонивший комнату, а, может, и медовуха, румянцем вспыхнувшая на щеках, но взгляд сорвался на волну его сомкнутых губ.
Оглушительный треск. Порыв ветра ледяной пощёчиной ударил по лицу. Гвен сдавленно вскрикнула, заметив перед собой разбитое окно, а потом перевела взгляд.
Пламя свечи погасло, но осталось в глазах человека, стоящего напротив. Радужки больше не были синими — они полыхали багрянцем.
— Не делай глупостей… — тихое предупреждение.
— Что? — Гвен попятилась.
— Не говори глупостей! — повторил приближающийся голос уже громче и ожесточённее.
Лопатки врезались в дверь, дальше отступать было некуда. Тело пробила крупная дрожь, воздух вокруг накалился.
Реддл достал палочку и направил прямо в сердце. Гвен вжалась в холодное дерево.
— Что ты…
— Депеллендам Инкантатем.
Щёлкнул замок. Кое-как нащупав ручку, Гвен в беспамятстве исчезла за дверью.
Комментарий к Глава 7. Волчонок
ох уж эта избегающая привязанность, дево4ки
========== Глава 8. Шелуха ==========
На полу поблескивали осколки стекла, в окне зияла трещина. Венчали этот хаос два кубка и пустая бутылка от спиртного на тумбочке. В комнате будто прошёлся ураган, в голове тоже. Никогда прежде Том не задумывался, каково это — пережить Обливиэйт. Сейчас эта идея манила и казалась не такой уж абсурдной.
Два следующих дня он провёл в оцепенении, по истине зимнем. Если бы он взял в руки Мерило, шар наверняка остался бы прозрачным. Мысли будто застыли под снежной коркой. О неутихающей жизни напоминало лишь сердцебиение: то гулкое и мучительно медленное, то частое и тревожное.
Пятничным утром в особняке очередного клиента Том рассматривал изображение Фортуны на стене, причём не самое удачное. Фигура казалась болезненной и была скорее карикатурой на богиню. Пожалуй, это обычная незрячая крестьянка с повязкой на глазах.
Рафаэль Колдуэлл, высокий длинноволосый хозяин имения, тактично кашлянул:
— Не судите моё творение строго, мистер Реддл. Иногда Судьба действительно встречает нас в самом неподобающем виде.
Том поймал проницательный взгляд и усилием воли закрыл сознание. Без сомнений, этот тип легилимент от рождения, он даже не пытался контролировать своё вмешательство в чужой разум.
Губы Колдуэлла тронула лёгкая улыбка, но комментировать он этого не стал. Зато оценил содержимое рабочего чемодана:
— Недурно. Но что из этого не проклято? Меня интересуют древности исключительно в мирных целях.
Клиент нравился Тому всё меньше.
— К сожалению, у Мистера Горбина не так много чистых от Тёмной магии артефактов, — натянуто отозвался он. — Если ищете предметы искусства, вам лучше обратиться к частным коллекционерам.
— И всё же, — мягко настаивал Колдуэлл, — покажите, что у вас есть.