Примечательна такая история. В ноябрьском номере «Журнала Московской Патриархии» за 1961 год вышла статья отца Александра под названием «Последние дни и мученическая кончина Иоанна Крестителя». Он излагал в ней современное мнение западных теологов о причинах, побудивших Иоанна Крестителя послать своих учеников к Иисусу с вопросом: «Ты ли Мессия, или ждать нам другого?» После выхода статьи тайный недоброжелатель послал патриарху Алексию донесение о неправославном мнении отца Александра. Патриарх потребовал к ответу ответственного секретаря журнала Анатолия Ведерникова, и тот предложил отцу Александру написать объяснение. В своей докладной записке патриарху отец Александр сообщил, что среди экзегетов и историков не существует единого мнения о причине, побудившей святого Иоанна Крестителя послать учеников к Спасителю. «Многие толкователи, как православные, так и западные, — писал отец Александр, — считают, что в данном случае св. Иоанн Предтеча хотел ответить на недоуменные вопросы своих учеников, оставаясь сам выше всех сомнений и колебаний. Такого толкования придерживается св. Иоанн Златоуст и другие Отцы Церкви». Далее он пояснил, что данное толкование сталкивается с рядом существенных трудностей, важнейшие из которых следующие. 1. В случае, если бы ученики обратились к Иоанну с вопросом о Лице Иисуса Назарянина и если бы Иоанн не имел в этом плане никаких колебаний, было бы естественным и достаточным, чтобы он произнес свое веское суждение сам и тем положил конец всем сомнениям. 2. Из самого евангельского текста совершенно не видно, что вопрос исходил от учеников, напротив, из него явствует как будто, что вопрос исходит именно от пророка, который просто передает его через учеников. Исходя из этих и некоторых других соображений, ряд толкователей, как новых, так и древних (среди последних надо указать на Тертуллиана), склонились к иному пониманию смысла посольства святого Иоанна Предтечи.
В своем комментарии отец Александр опирался на точку зрения большинства западных и ряда православных богословов о том, что Иоанн задал этот вопрос Иисусу, усомнившись оттого, что, будучи человеком Ветхого Завета, ждал Мессию в блеске земной славы. Однако официальная церковная точка зрения состоит в том, что пророк не мог усомниться, а усомнились ученики Предтечи, задавшие вопрос от собственного имени.
Ведерников, будучи опытным дипломатом и церковным политиком, добавил к докладной записке от имени автора следующий абзац: «Существует и еще ряд толкований посольства Иоанна ко Христу. Однако мне следовало бы сравнить их с традиционным толкованием, принятым нашей Церковью, и тогда я несомненно предпочел бы его всем другим. А теперь, признавая свою ошибку, я считал бы возможным поместить в журнале статью о посольстве Иоанна Предтечи ко Христу другого автора, который мог бы дать традиционное толкование этого текста, упомянув и о других. Прошу Ваше Святейшество простить мне невольное отклонение от церковного понимания посольства Иоанна Предтечи».
На приведенную записку 18 марта 1962 года были наложены две резолюции Святейшего. Первая гласила: «Все это — так, но нам, малым богословам, следует твердо держаться толкований святоотеческих, а на рассуждения рационалистов-протестантов смотреть как на умствования, не подлежащие подражанию». Второй резолюцией патриарх согласился с предложением Ведерникова поместить в журнал статью с традиционным толкованием посольства Предтечи с условием предварительного просмотра им содержания данной статьи. Такая статья была заказана и написана, но всю полемическую часть патриарх из нее убрал, чтобы показать единство мнений по данному вопросу в церковной среде.
Отец Александр вспоминал о том, что в первой половине 60-х в общецерковной жизни все время происходили кризисы и потрясения. Так, в 1961 году умер митрополит Николай (Ярушевич). «Смерть его была трагической, — рассказывает отец Александр, — потому что он сделал всё для того, чтобы стать угодным в глазах власть предержащих, но в тот момент, когда он перестал быть нужным, он был просто отставлен. Лежал и говорил: „Я ничего не понимаю, не понимаю!..“ — он не мог смириться с тем, что человек, которого показывают в советских фильмах, который представлял Советский Союз на бесчисленных конгрессах, постоянно выступая в качестве одного из лучших ораторов, речи которого печатались в „Правде“, вдруг лежит в своем деревянном домишке на Бауманской, никому не нужный».
