Так воспринимал любовь о.Иоанн: ему бы все хотелось покрывать, а не осуждать. Поэтому он сам себе просит у Бога любви ко всякому человеку. «Даждь мне, Господи, любить всякого ближнего, как себя, всегда; и не из-за чего на него не озлобляться и не работать диаволу! Даждь мне распять мое самолюбие, гордость, любостяжание, маловерие и прочие страсти. Да будет нам имя: взаимная любовь! Да веруем и уповаем, что для всех нас все–Господь; да не печемся, не беспокоимся ни о чем. Да будешь Ты, Боже наш, единым Богом сердца нашего; и кроме Тебя – ничто! Да будем мы между собою в единении любви, якоже подобает! И все, разделяющее нас друг от друга, и от любви отлучающее, да будет у нас в презрении, как прах, попираемый ногами! Буди, буди! Если Бог даровал Самого Себя нам; если Он в нас пребывает, и мы – в Нем, по неложному слову Его, то чего Он не даст мне? чего пощадит? чего лишит, в чем покинет? «Господь пасет мя, и ничтоже мя лишит» (Пс.22:1)! «Како убо не и с Ним вся нам дарствует»? (Рим.8:32.)
«Итак, будь премного покойна, душа моя; и ничего не знай кроме любви. «Сия заповедую вам: да любите друг друга» (Ин.15:17). Значит, чего мало, то следует вымолить. Такой молитвой заканчивает он первый том Дневника своего. И там же он благодарит Бога за эту любовь. «Человеколюбие Господи Иисусе Христе, Сыне Божий! Благодарю от всего сердца моего, яко молитву мою, – о люблении ближнего и презрении земного, – услышал еси: и мирную, разумную, сладостную любовь в сердце мое излиял еси! Утверди, Боже, сие во мне молитвами Пречистыя Владычицы нашея Богородицы! И да буду я чадо Твое, Господи, и чадо Ее истиннейшее!» Потом подписано им же: «Июля 26 дня 1864. 11 часов вечера». Следовательно, сам о.Иоанн склонялся всегда и больше к любви. Потому закончим этот отдел его наставлением: «При столкновении и обращении с людьми содержи в сердце слово: «люби»! И внимая ему, беседуй со всеми с любовию и благорасположением сердца. Не выпускай никогда из сердца этого слова при столкновении с ближними: оно способствует утверждению сердца в любви. Разумеется, эту любовь надо носить в сердце не отдельно, не саму по себе; но вместе – с сердечною верою в Господа Иисуса Христа. Люби без размышления: любовь проста! Любовь никогда не ошибется». «Береги всемерно свое сердце, или искренность сердечную, способность сочувствия ближним в их радостях и скорбях. И как яда смертельного беги холодности и равнодушия к разным бедам, напастям, болезням, нуждам людским; ибо в сочувствии, особенно деятельном, выражается любовь и доброта христианина; а в любви – весь закон. Не допускай погаснуть святому огню любви, затмиться свету твоему. Не унывай от козней врага вырвать из уст молитву о всех людях, которая есть лучшее доказательство евангельской любви к ближним».
Известно, что о.Иоанн с самого начала священства своего особое внимание обращал на бедных прихода и города Кронштадта. Отчасти мы писали об этом в начале главы о любви. Но подробно об этой стороне жизни Батюшки я решил говорить в особом отделе. И снова напишу со слов самих кронштадтских бедняков или записавших за ними по наблюдению и с их рассказов авторов.
Вот послушайте сами – выдержки. «Взгляните на пришедших к нему, – то есть о.Иоанну, – и вы удивитесь: какая перемена совершается со всеми в Кронштадте. Любовью здесь пламенеют сердца всех. Здесь в людях не встретишь эгоизма, или самолюбия». «Неотразимо мощно влияние о.Иоанна и на пригородных жителей Кронштадта. Говорят: теперь не узнаешь Кронштадта: так он изменился под его сильным влиянием сравнительно с недавним своим прошлым. Не могли не заметить этого даже и мы, – пишет от лица студентов Московской духовной академии – несмотря на свое непродолжительное пребывание в городе». «Ежедневно более тысячи нищих, 1500 или 1700, а иногда и до 3000 человек здесь получают милостыню, как свою «неотъемлемую пенсию» на кусок насущного хлеба. Прежде эти деньги раздавал сам о.Иоанн. Вот что рассказывает один из очевидцев этого тысячного «строя», давший себе труд сделать над ним свою наблюдения» (Прил. к газете «День» за май 1891г.).
