Это оставление значит, возлюбленные братия, что человеческая природа в Иисусе Христе была предоставлена всей мучительности, всему ужасу страданий крестных, всей ужасной мучительной скорби, которую Он испытывал еще в саду Гефсиманском, пред взятием Его шайкою злодеев во главе с Иудою Искариотским. Он тогда еще начал ужасаться и тужить и говорил ученикам: «Душа Моя скорбит смертельно: побудьте здесь и бодрствуйте со Мною» (Мф.26:38). Вообразите же, каковы были мучения телесные, какова была скорбь всеправедной, вселюбящей, чувствительной души Богочеловека, претерпевшего казнь за все грехи человеческие, за грехи Адама и Евы и всех без изъятия потомков их, – а значит и наши с вами!.. Судите, какова же была острота, горечь и жгучесть мучений крестных, какова скорбь душевная Агнца Божия, принявшего на Себя грехи мира, как тяжело было оставление Его Богом, – то есть предоставление Его человечества всей жгучести страданий, души Его – всей подавляющей, беспредельной, ужасной скорби. После этого вы поймете: в каком состоянии была душа Богочеловека, висевшего на кресте, когда Он возопил: «Боже Мой, почто Ты Меня оставил?» Да, Она была вместе с Его Пречистым Телом в состоянии ужасных, невообразимых и неизобразимых страданий! Вспомните, братия, каких страданий стоило Сыну Божию исходатайствовать нам у Отца Небесного врачевство покаяния и прощение наших грехов! И дорожите этим даром милости Божией. Это врачевство проказы нашей, то есть покаяние по уставу Церкви, дано нам ради вольных крестных страданий Сына Божия, Господа нашего Иисуса Христа». «Братия! Самому Богочеловеку не легко было спасти нас от греха, проклятия и смерти. Но надобно было, по суду правды Божией, пострадать и умереть за нас; и умереть позорнейшею и мучительнейшею крестною смертью: как же мы-то можем мечтать без труда и самоотвержения спастись от греха и наследовать вечное блаженство? Нет, нельзя! Сам Господь говорит, что «Царство Небесное силою берется», и усильные искатели приобретают его (Мф.11:12). Пред Богом сделана бесконечная неправда преступлением человека, коему дано было от Бога даров бесконечно много – ибо он сотворен был по образу Божию, – а в благодарность Богу за все дары требовалось от Него бесконечно мало: только не касаться плодов с одного дерева. Надо было (за нарушение), по справедливости, определить преступнику достойное – проклятие и вечную смерть.
Но человек пал не первоначально (см.: Прем.2:24): он обольщен диаволом; и кроме того, он чувствовал раскаяние в своей вине; и потому заслуживал снисхождение. И вот пред правдою Бога Отца ходатайствует милосердие Бога Сына о помиловании преступника под условием удовлетворения за его вину, за вину всего рода человеческого, Им Самим, Сыном Божиим, имевшим воплотиться... И вместо вечной нашей смерти вкушает Сам смерть, хотя кратковременную, – ибо и минута смерти Сына Божия безначального стоит целой вечности, да спасет нас от вечной смерти». «Иисус Христос, по воле Бога Отца Своего, есть «Агнец Божий, вземляй грехи мира» (Ин.1:29), жертва правды Божией за мир прелюбодейный и грешный: Его воплощение и вочеловечение, Его страдания, Его смерть есть бездна благости и премудрости Божией, которая приводит в изумление и ужас все высокие умы ангельские.
На кресте казнится грех мира в безгрешном Агнце Божием, в святейшем Сыне Божием, Который из единого благоутробия Своего восхотел искупить нас, неправедных и грешных, Своею бесконечною правдою, Своими страданиями и смертию. И, вкусив смерть, победить нашу смерть; и воскресением Своим из мертвых подать воскресение из мертвых всему человеческому роду. Вот как премудрость, благость и правда Божия открылись в смерти Богочеловека!
