Иначе относился народ к нему...
Да и не все ученые смотрели на него так пренебрежительно. В той же академии был ректором в то самое время епископ Феофан (Быстров), – знаток, как никто, святых отцов... После смерти Батюшки он служил по нем сорокоуст литургий в монастыре на Карповке, – глубоко чтя угодника Божия.
А незадолго до кончины его, читая книги о.Иоанна, и особенно дневник «Моя жизнь во Христе», сказал в восхищении от него: «Отца Иоанна нужно не просто читать, а изучать, как творения святых отцов!»
Вот иное мнение! А епископ Феофан был одним из великих православных богословов, хотя и скрывал это от людей. И он знал одиннадцать языков: довольно хоть этого!
Да и другой ректор нашей академии, епископ Сергий, впоследствии ставший патриархом, велел читать на литургиях, вместо поучений, проповеди Батюшки же! А потом он был одним из отпевавших о.Иоанна. Не говорим уже о сонме других святителей.
Помню (я тогда был личным секретарем у архиепископа Сергия), – как он велел сделать выдержки из Дневника его о священстве, чтобы потом отпечатать их отдельной брошюрой и раздать пастырям.
Последние относились к нему иначе, лучше, чем ученые богословы.
Но даже Святейший Синод не достаточно чтил о.Иоанна. Училищный Совет, правда, сделал распоряжение о том, чтобы его книги внесены были в каталог низших церковных школ, но даже – не в семинарии, а тем более – не в академии! Дивное дело!
И все потом, после его смерти, изменилось! Но уже было поздно.
И доселе еще нет человека, который бы написал об о.Иоанне ученую работу!
А ведь его, и особенно Дневник его, знали и за границей, и читали его православные священники и народ.
Чтили и читали его и на Афоне, и в других монастырях. Пожалуй, можно сказать, не было ни одной духовной библиотеки, где бы не было «Моей жизни во Христе»!
После такого длинного предисловия я нахожу за лучшее сделать здесь довольно подробные выписки из его Дневника. Мотивом к этому служат следующие соображения.
Как ты ни пиши, о ком бы то ни было, свои объяснения, все равно не будет такой ясности, как если он сам не явится лично перед нами; или как если не заговорит своими словами. Наши объяснения только несколько облегчают познание его. Как все равно, как бы ты ни описывал наружность человека, никогда не вообразишь его себе, если не увидишь воочию, или даже на фотографии. Потому мы и прежде приводили довольно обширные выписки из творений о.Иоанна.
Да и то нужно заметить, что в настоящее время очень трудно добыть книги его, – в частности Дневник. Наши же выдержки, в малой хотя степени, заменят это. А так как дневник о.Иоанна является самым замечательным его произведением, то выписки наши лучше дадут представление и о характере его, и о мыслях его.
Еще – одно предисловие. Писать дневники – трудная вещь! Если писать только о хорошем, то получится односторонность, даже – почти ложь; а о худом мы не любим говорить.
Между тем, даже и в о.Иоанне – как мы видели из его собственных слов – шла постоянная борьба. Правда, он «всегда выходил из нее победителем», но иногда на время терпел и раны. А говорить об этой борьбе прямо и совершенно откровенно – едва ли и полезно для читателя; а иной этим даже соблазниться может. Ведь и в Житиях святых редко повествуется об их падениях. Св. Мария Египетская является в этом отношении почти исключением. И даже в Евангелии ничуть не говорится, например, о грехах разбойников, а ведь, каких только грехов они ни делали!
Да и не в грехах собственно дело: грехи – естественны в падшем человеке. А вот победа над ними – великое дело!
И пусть никто не смущается даже намеками на недостатки наши. Не дивись, – говорит знаменитый Вышенский Затворник, епископ Феофан (Говоров), – когда человек грешит, а дивись, когда он перестает грешить! Ибо, хотя грех не природен нашему существу (при создании), но, благодаря наследству и нашему собственному послаблению, он стал уже природным нам. А святость, хотя и природна нам, по сотворению, но уже стала теперь сверхъестественна.
А Батюшка, – как, пожалуй, никто из отцов Церкви, – начало и содействие греху полагает еще в диаволе, в его искушениях: здесь уже трудно нам справиться, а без Божией помощи – даже совершенно невозможно. Поэтому Церковь, вслед за Христом, влечет нас к покаянию в грехах. «Виновник каждой страсти есть диавол, и каждая страсть есть диавольская прелесть: ты одержим злобою или гордостью – в тебе бес гордости, злобы; ты блудник – в тебе сидит бес блуда;... и все вообще грешники суть чада диавола и творят его похоти, и с ним пойдут в муку вечную, если не раскаются».
«Восьмую тысячу лет поет в нас диавол на тысячу ладов свою старую песню, называемую грех; действительно – старую и ветхую, растлевающую всего человека, – песню безумную, глупейшую. И люди следуют этой песне; поют ему в унисон; скачут и пляшут по его дудочке, и уродуют себя на все манеры, безобразят, губят себя, Господа прогневляют».
