Внутри все было раскурочено. Парты, стулья, доски валялись на полу. Справа стояла будка приемной комиссии, внутри которой разбросана куча каких-то документов, ключей и стендов. Стены изуродованы старыми и новыми следами от пуль. Под ногами хрустели кусочки стекла. Похоже, это главный вход в бывший университет, а я-то думал, почему здание такое маленькое. Вестибюль был нешироким. Сразу же, если чесать напрямую, можно было выйти на лестничную клетку. По бокам находились туалеты и служебные комнаты.
Я поднялся на лестницу. Шквальный огонь еще не стих, пули градом стучали по бетону. Что-то мои товарищи немного перестарались. На втором этаже комнат было больше, а вот обыскивать их времени не было. Поэтому я встал возле стены и пытался услышать через канонаду выстрел гаусс-винтовки. Здание еще раз тряхнуло, с потолка посыпалась штукатурка.
«Твою ж… Драконы… еще и меня здесь похоронят вместе со снайпером!» — подумал я.
Из соседней комнаты повалил черный дым, начал разгораться пожар.
Наконец снайпер себя выдал. Снова громыхнула его сверхточная винтовка. Третий кабинет с моей стороны. Я туда и направился.
Дверь в нужное место была приоткрыта; через проем было видно шкафы с еще сохранившейся документацией, папками и прочей фигнёй. На двери висела выцветшая табличка, на которой написано: «Доцент кафедры Громико В.В».
Я попытался зайти бесшумно, однако ржавые петли не дали мне этого сделать. Снайпер, сидевший на углу, повернул на движение тело вместе с винтовкой, я едва успел увернуться перед тем, как скоростной снаряд пробил стенку сзади. Не попав из винтовки, «монолитовец» бросился в рукопашную. Я сразу же пропустил удар ногой в живот и выпустил автомат. Вся сила вышла из организма вместе с воздухом.
— Я убью тебя, червь! — злобно прошипел фанатик и вытащил из-за спины кукри.
Я нащупал свой KA-BAR и выставил перед собой, встав в боевую стойку.
«— В жизни человека бывает, как правило, три ножевых схватки, — вспомнил я слова своего отца, — после чего он с высокой вероятностью погибает от рук соперника, а кто-то даже не выживает в первой. — он замахнулся на меня деревянным ножом и нанес рубящий удар по лицу. Рассек бровь. — Мертв! — строго проговорил он.
— Больно, — сказал я, почти рыдая и вытирая заливающую глаз кровь.
— Терпи! Больно будет всегда, ты должен привыкнуть к этим ощущениям! Я хочу, чтоб ты не подох при первой же схватке, пережил все три и дальше продолжил драться!
— Где я буду на ножах драться?! — спросил я, тогда еще не понимая, чего от меня хотят.
— Я надеюсь, что тебе и не придется этого делать! Но лучше всегда иметь при себе оружие и никогда им не воспользоваться, чем если в нужный момент его не окажется под рукой. Первое, что ты должен сделать — встать в боевую стойку, как в рукопашном бою: подбородок вниз, руки согнуты в локтях перед собой, они должны находиться на одной линии перед лицом. Помни, ты не зарабатываешь очки на соревнованиях — ты борешься за свою жизнь, удары должны быть смертельными, а ты должен быть хитрее. На войне нет правил, либо ты — либо тебя!
Я встал в стойку и начал смотреть в глаза отцу.
— Удар ножом сверху. Запомни, в действительности нож лучше всего перехватывать, когда противник только замахивается; когда лезвие уже летит в тебя, ты этого попросту не сделаешь. Скорость лезвия при ударе составляет чуть меньшую долю от скорости звука при замахе. Сможешь ты защититься от ножа в первом случае? Нет. У тебя нет такой реакции, поэтому когда видишь, что противник замахивается — выставляй локоть от себя и лови атакующую руку за кисть, а там делаешь болевой захват. После чего заканчивай его либо ударом в затылок, либо выхватывай нож и бей в голову. Пробуй!
Попытавшись справиться с накатившим на меня страхом, я уставился на своего учителя в ожидании нападения. Замах произошел как всегда неожиданно, но набитая шишками и политая кровью реакция сработала: я остановил руку с деревяшкой, нырнул под второй локоть отца и сзади схватил его за шею, больно надавив на кадык. Оружие упало на дощатый пол.
— Молодец! — прохрипел батя. — Вот теперь я вижу, что кое-чему я тебя научил…»
