* * *Теперь посмотрим, как работают американская разведка и контрразведка, ЦРУ и ФБР.Однажды, когда я еще жил на Риверсайде, мне позвонили из ФБР и пригласили зайти к ним. Мне было любопытно заглянуть в берлогу Федерального уголовного розыска и одновременно контрразведки. Главная квартира нью-йоркского отдела ФБР тогда помещалась в шестиэтажном здании на углу 3-й авеню и 69-й улицы. Меня встречают два агента в полупустой комнате с серыми стенками. Один из них кладет на стол фотографию, снятую телеобъективом: какой-то дядя выходит из какой-то двери на улицу, но фотография паршивая, размытая, снятая издалека, и спрашивает:

– Мистер Климов, вы этого человека знаете?

– Во-первых, фотография плохая и ничего здесь не поймешь. Во-вторых, я этого человека не знаю.

Следующий вопрос мне не понравился:

– Вы учились в специальном институте иностранных языков?

– Какой такой "специальный"? Это такой же армейский институт иностранных языков, как ваш языковой институт в Монтерее, в Калифорнии.

– Но люди, которые окончили ваш институт в Москве, теперь работают в советских посольствах по всему миру – и они нас интересуют. Можете вы назвать нам тех людей, кто учился вместе с вами?

– На этот вопрос я отвечу вам с величайшим удовольствием… Во-первых, в Москве я учился в 1944 году, а сегодня у нас 1957 год, то есть с того времени прошло 13 лет – и, естественно, что я никого и ничего не помню. Но это не самое главное. А самое главное в том, что сейчас у меня нет никакого желания помогать вам…

Я нахально развалился на стуле и поучительно говорю:

– Я сбежал на Запад в 1947 году как политический беженец. Знаете, как американцы меня встретили? Посадили в одиночку в знаменитый концлагерь "Кэмп Кинг", главная квартира американской контрразведки в Европе.

И держали там 6 месяцев, ничего не говоря. Вот тогда они должны были бы спрашивать то, что вы спрашиваете сегодня, через 13 лет. Но это их не интересовало. Их интересовало другое. Угадайте, сэр, что их интересовало?

Я выжидающе посмотрел на агентов ФБР, но они молчали.

– Ваши собратья обокрали меня с ног до головы. Они конфисковали, или украли, у меня удостоверение личности, что я ведущий инженер управления промышленности Советской военной администрации, пропуск через границу СССР на специальной денежной бумаге и диплом инженера. Но это означает для меня большие потери в профессиональной жизни. Кроме того, они украли у меня 20.000 немецких марок и 5.000 советских рублей, новеньких, хрустящих, прямо из Госбанка, за выслугу лет в Красной Армии. Все это происходило под звуки американского гимна, который играли каждое утро, под развевающимся американским флагом. Каждый раз, когда я слышу американский гимн, я автоматически вспоминаю концлагерь "Кэмп Кинг".

– Вы пригласили меня сюда, в ФБР, в результате доноса. И я прекрасно знаю доносчика – это Владимир Юрасов-Рудольф-Синельников. Он хвастается, что в СССР он сидел в концлагере за политику, за анекдот против Сталина. Знаете, что это за анекдот?

Я еще раз посмотрел на агентов ФБР и улыбнулся:

– Он сидел в концлагере за педерастию. Больше того – как гомосексуальная проститутка. А у таких людей своеобразная психология: в советском концлагере он был "стукачом", доносчиком, фискалом. А в США он работает на Радио "Свобода" и занимается доносами на всех и вся, в ФБР и ЦРУ, хочет выслужиться. Вот так он и на меня донес из-за этого Московского института иностранных языков. Кстати, этот институт я подробно описал в моей книжке "Берлинский Кремль". Так что ничего секретного здесь нет. Это дело пустое.

Перейти на страницу:

Похожие книги