Небо грохотало, потому он не услышал тяжёлого конского топота, а когда увидел тускло блестящие под луной шлемы, сердце сжалось в недобром предчувствии. Навстречу неслась рыцарская конница. Лица рыцарей Томас не рассмотрел, забрала опущены, но даже по посадке чувствовал, что враг бросил на них ту мощь, с которой им не справиться.
Он остановился, крикнул приглушенным голосом:
— Олег!.. Рыцари!
Олег оставил Гульчу, во мгновение ока оказался рядом:
— Ах, черт… Рыцари смерти…
— Смерти? — не понял Томас.
— Лучшие из лучших, что попали сюда, — сказал Олег с тоской. — У них был выбор: сидеть в котлах или же… Да, этих не уговорить, не обмануть… Что делать будем, Томас?
Томас не знал, что есть выбор, но по настойчивому взгляду Олега понял, что у него есть выбор, лапнул себя за пояс:
— А, мышь!.. Ты говорил, перенесёт через озеро с лавой?
— С великим трудом, — ответил Олег сразу, — но перенесёт.
— А троих?
Олег покачал головой. Взгляд зелёных глаз был сочувствующим:
— Нет. Даже не дотащит до середины.
Томас краткий миг смотрел на золотой амулет, затем в темноте как яркая молния блеснула его белозубая улыбка:
— Так что же мы решаем?
— В самом деле…
— Позови эту женщину, — попросил Томас, — я сам её ещё боюсь.
Олег помедлил:
— Томас….
— Да, сэр Олег?
— В этот раз нам не выбраться.
Их взгляды встретились. Синие глаза рыцаря смотрели так же пристально, как зелёные глаза волхва. Томас кивнул:
— Сэр Олег, разум мне говорит… сам знаешь, что. Но над разумом есть что-то… чему подчиняешься даже ты.
Олег поманил Гульчу, а Томас сунул ему амулет, знаками показал, чтобы всё сказал и объяснил, а сам выдвинулся вперед, где узкий проход между скалами, вытащил меч. Гульча подбежала, лёгкая и с блестящими глазами. Олег вложил ей в ладонь амулет:
— Действуй! Быстро!
Со стороны скал раздался могучий зловещий крик, словно стая волков заметила беззащитную жертву. Послышались крики, фырканье коней, которых осадили на полном скаку. Гульча непонимающе смотрела на раскрытую ладонь:
— Что… А, мышка… Да, я знаю эти амулеты… Олег, но она всех нас не потащит!
— Зато тебя и муравей поднимет, — бросил Олег. Он повертел перед собой посох, лицо стало жёстким, а голос приобрел металлический оттенок. — Быстрее, ты нам мешаешь!
Гульча с несчастным видом отступила. В глазах заблестели слёзы:
— Но ты-то… в безопасности? Да что я говорю, какая уж тут… Но выбраться сумеешь?
— Ещё бы, — ответил Олег. Со стороны Томаса раздались крики, звон железа, и Олег озлившись, гаркнул: — Прочь! Не видишь, ты нам мешаешь?
Гульча сжала амулет, вокруг неё вспыхнули искорки. Её подняло в воздух, она бросила прощальный взор на Олега, поднялась ещё и помчалась как стрела высоко над озером огня. Если ей и хотелось задержаться там, посмотреть, чем кончится схватка, то пересилила, знала, что действие амулета вот-вот закончится.
Олег бросился вперёд, двое спешившихся рыцарей уже протиснулись в сторонке между камнями, бежали к Томасу сбоку. Олег налетел как буря, один ещё пытался сопротивляться, но споткнулся о труп соратника, в тот же миг острый конец посоха пронзил горло. Ещё один протиснулся там же, за ним появлялись ещё и ещё, Олег прыгнул навстречу, спеша перекрыть брешь. Томас гремел проклятиями, его меч гремел как удары молота великанов, вокруг него как вспугнутые вороны взлетали отрубленные руки и головы, разлетались обломки щитов и доспехов. Рыцари бросались на него молча, а его звонкий молодой голос ревел как трубный зов могучего тура, которому недостаёт соперников.
Они дрались, потом Томас умолк, только дышал хрипло и надсадно, хотя меч с прежней силой и быстротой взлетал и крушил всё, до чего дотягивался. Рыцари смерти выломали в каменной ограде крупный гранитный зуб, стали протискиваться сразу по двое. Томас с Олегом сразу же оставили защищать проходы, сошлись спина к спине. Успели обменяться взглядами, Томас даже удивился странно просветлённому взгляду калики. Тот словно забыл о всей своей дурости, внезапно отбросил посох, подхватил по мечу в обе руки, и Томас ахнул, с какой легкостью и быстротой калика заработал длинными рыцарскими мечами.
— Выберемся, — крикнул Томас, — я тебя возьму… начальником десятка!
— Всего лишь?
Три могучих рыцаря упали под его молниеносными ударами, а когда изумлённый Томас увидел, что они ещё и распались на неровные половинки, то вскричал:
— Сотню дам под начало!
