Тесная связь между появляющейся новой динамической психиатрией и атмосферой того времени проявилась в сходстве между тем, как пациентов описывали психотерапевты, и тем, как это делали писатели и драматурги. Мы уже отмечали, что многие из историй болезни, описанных Пинелем, казалось, были заимствованы им из произведений Бальзака. В то же время пациенты Жане демонстрируют значительное сходство с героями Золя (например, пациентка Жане Ирен с Полиной, героиней романа Золя «Радость жизни» (La Joie de Vivre)). Однако Электра Гофмансталя гораздо более напоминает Анну О. Брейера, нежели Электру Еврипида, а знаменитая Дора Фрейда похожа на героинь коротких рассказов Шницлера. Это неудивительно, так как эти писатели и психотерапевты принадлежали к одному поколению, и первые изображали своих героев, а вторые описывали пациентов в свете представлений эпохи tin de siècle, отличавшихся стремлением к утонченности и высоким уровней эротизма.
Как мы уже видели в предшествующей главе, в первые десятилетия XIX века доминировали два главных направления в психиатрии: одно представляли приверженцы соматического подхода, другое - психического (в Германии их называли, соответственно Somatiker и Psychiker). Первые приписывали проявление умственных расстройств физическим причинам и состоянию мозга, представители второго направления особо подчеркивали эмоциональные причины таких заболеваний. Как мы уже видели, последняя тенденция к 1840 году исчерпала себя, и Гризингер предпринял попытку объединить эти две теории. После него, однако, органическая теория возобладала во всех областях психиатрии. По всей Европе существовало два основных подхода к лечению психических больных. Первый, гуманитарный подход, возник из учения Пинеля и его современников о том, что с такими пациентами следует обращаться как можно более гуманно. Второй основывался на утверждении, что «психические расстройства - это заболевания мозга», поэтому лучшее, что может сделать для своих пациентов психиатр - изучать анатомию и патологию мозга в надежде на то, что это приведет его к открытию особых способов лечения таких заболеваний. Результатом подобного взгляда явилось то, что многие лечебные заведения для душевнобольных превратились в центры изучения анатомии и патологии мозга. Были случаи, когда директором психиатрической больницы назначался врач-терапевт исключительно из тех соображений, что он, будучи студентом, прилежно изучал строение человеческого мозга. В результате несколько выдающихся открытий того времени были сделаны в небольших провинциальных психиатрических лечебницах. Выдвинув тезис: «психические расстройства - это заболевания мозга», Гризингер объявил войну последователям старого романтического направления психиатрии. В это время Рокитанский и Вирхов закладывали основы клеточной патологоанатомии, которая, казалось, являлась прочным основанием для всех областей медицины. Вскоре Мейнерт, Вернике и их последователи предприняли попытку основать психиатрическую науку на этой базе. Теодор Мейнерт (1833-1892) и Карл Вернике (1848-1905), два страстных исследователя анатомии мозга, обладавшие огромным клиническим опытом, пытались создать общую систему органической и механистической психиатрии. Однако они часто подкрепляли свои объективные открытия гипотезами, основанными на анатомическом и физиологическом восприятии психической активности, а к концу девятнадцатого столетия многие психиатры имели обыкновение определять психопатологические расстройства в терминах, заимствованных из области анатомии мозга: это называли Hirnmythologie (мифология мозга).
Заслуга в преодолении этой тенденции принадлежит Эмилю Крепелину (1856-1926), который ввел сложный подход к психиатрии, где различал неврологию, анатомию мозга и экспериментальную психологию. В последней применялись самые современные на тот момент методы тестирования и тщательное исследовалась история жизни пациента. В наши дни Крепелин стал своего рода мальчиком для битья для многих психиатров, утверждающих, что он заботился лишь о навешивании на своего пациента таблички с диагнозом, после чего не предпринимал никаких действий, чтобы помочь ему. В действительности же, будучи необычайно гуманным человеком, Крепелин проявлял величайшую заботу о том, чтобы каждый из его пациентов получал помощь на самом современном уровне.90 Одним из его крупных достижений было создание рациональной нозологии и классификации психических заболеваний, в которую входили понятия «dementia praecox» (раннее слабоумие, впоследствии названное «шизофренией») и «маниакально-депрессивное заболевание». Около 1900 года Крепелин получил, наконец признание как исследователь, внесший ясность в учение о психических расстройствах, и его система была принята повсеместно.
