Этот случай был популярно изложен в книге «Философия сна», написанной Макнишем, получившей широкое распространение во Франции. В ней Мэри фигурировала под именем la dame de Macnish («леди Макниш»).50 В 1889 году доктор С. Вейр Митчел, сын доктора Джона Кирсли Митчела, опубликовал более полный отчет об истории Мэри Рейнолдс, основываясь на бумагах своего отца. По-видимому, некоторые читатели так и не поняли, что Мэри Рейнолдс и «леди Макниш» - одно и то же лицо, и в течение некоторого времени на эти редакции ошибочно ссылались как на два различных примера множественной личности. Это, между прочим, демонстрирует неточность первого отчета, представленного доктором Митчелом старшим.51
Более серьезное объективное исследование множественной личности началось во Франции с публикации Деспеном истории об «Эстель», написанной в форме подробного отчета, но по сути - монографии.52Деспен был терапевтом, служившим Медицинским инспектором термального центра Экс-ан-Савуа. Время от времени он практиковал магнетическое лечение.
В июле 1836 года на прием к Деспену привели одиннадцатилетнюю девочку. Врач в Нёшателе диагностировал у нее тяжелый паралич в результате повреждения спинного мозга. Эстель - так звали девочку - потеряла своего отца во время эпидемии 1832 года и была довольно избалованна. В ноябре 1834 года во время игры ее толкнул сверстник, и она упала на спину. С этого момента Эстель стала жаловаться на боль, которая постепенно увеличивалась и в конечном счете стала невыносимой. Все другие способы лечения оказались безрезультатными, и ее отправили в Экс. Пять дней она путешествовала в экипаже, лежа на спине в просторной плоской ивовой корзине, обитой стеганым пуховым одеялом, с ровной поверхностью на дне. Окна экипажа, занавешенные шторами, были плотно закрыты. Эстель требовала, чтобы ее выносили на каждой остановке, и вокруг тотчас же собиралась огромная толпа, чтобы поглазеть, как бедняжку несут в местную гостиницу. Никто, кроме матери и тети, не мог дотрагиваться до нее, не вызывая пронзительного болезненного крика. Девочка целиком погрузилась в грезы, фантастические видения и галлюцинации и постоянно забывала о том, что происходит вокруг.
Шестидесятилетний доктор испытывал сильную привязанность к своей маленькой пациентке. Повсюду в книге он восхищается ее умственными способностями и смелостью, с которой она переносила все тяжелые испытания. Со всей осторожностью Деспен начал курс гипнотерапии и электрического лечения, после чего последовало медленное улучшение. В декабре ее мать рассказала Деспену, что каждый вечер хор ангелов утешает и успокаивает Эстель. Для доктора это по служило озарением, и внезапно он осознал, что случай Эстель является примером «экстаза» - состояния, которое может быть вылечено с помощью животного магнетизма. Сначала Эстель упорно сопротивлялась тому, чтобы ее магнетизировали, но, уступив настойчивым просьбам матери, она в конце концов согласилась, оговорив собственные условия. Они состояли в том, что она будет подвергаться магнетизму, только когда этого захочет сама и только в той степени, в какой пожелает, и что все сказанное ею в сомнамбулическом состоянии будет повторено ей слово в слово. Магнетическое лечение началось в конце декабря 1836 года. Ее мать вела дневник, многочисленные выдержки из которого содержатся в книге Деспена. Магнетический сон вызывался легко всегда сопровождался амнезией. Во время сеанса Эстель сама назначала собственное лечение и диету. Вскоре после начала лечения в ее магнетическом сне появился один из ангелов, которого она назвала Ангелиной. Девочка вела с ним оживленную беседу (из которой, конечно, была записана только часть Эстель). С этого момента лечение предписывалось Ангелиной. Диета запрещала принимать всю ту пищу, которая не нравится Эстель, и предписывала давать все то, что нравится, даже снег. Никто не должен, был перечить. Ангел сказал: «Позвольте ей действовать согласно ее прихотям, иначе улучшения не будет».
Начиная с января 1837 года Эстель стала вести двойную жизнь. В своем орычном состоянии она все еще оставалась парализованной. Малейшее движение причиняло невыносимые страдания. Ее были вынуждены обкладывать подушками, укрывать шерстяными одеялами и одеялами из гагачьего пуха. Эстель любила свою мать и требовала, чтобы та постоянно находилась рядом с ней. Девочка обращалась к доктору Деспену уважительно, на «вы». В состоянии же магнетического сна она становилась способной двигаться, начинала гулять, испытывала страстную тягу к снегу и не выносила присутствия матери. С Деспеном обращалась фамильярно, на «ты». Ее способность передвигаться зависела от наличия на теле золота, присутствие же некоторых других веществ, напротив, оказывало негативное воздействие.
