Особая «глава» в жизни Н. Н. Крестинского связана с газетой «Правда», в которой он проработал с момента ее возникновения в апреле 1912 года до закрытия перед войной в июле 1914 года. Работая в «Правде», Николай Николаевич одновременно являлся юрисконсультом большевистской фракции IV Государственной Думы. В начале мировой империалистической войны Крестинский вновь — в который уже раз — подвергается аресту, а еще через несколько месяцев его отправляют в административную ссылку на Урал…
Из документов царской охранки:
«Пермскому губернатору А. С. Нецветаеву. Секретно.
Милостивый государь, Александр Семенович! В городе Екатеринбурге состоят под гласным надзором полиции несколько лиц: Крестинский, Драпкина, Авсеев, Поляков, Гвоздев, Болтаева, коим воспрещено пребывать в некоторых местностях за принадлежностью к революционным организациям, партиям социал-демократов или социал-революционеров.
Лица эти, пользуясь предоставленным им правом, обычно избирают для жительства или большие города, или рабочие районы… в новом местожительстве проявляют попытки войти в сношения с рабочими или завязать связи с членами революционных организаций с целью оживить деятельность последних. Поэтому за подобными личностями необходимо иметь особо пристальное и умело организованное наблюдение.
М. Лозина-Лозинский. 9 ноября 1915 года».
Несмотря на «особо пристальное и умело организованное наблюдение» охранки, Крестинский с первых дней своей жизни на Урале развертывает активную революционную деятельность.
Из донесения агента начальнику пермского жандармского управления:
«…На состоявшемся собрании социал-демократов Крестинский говорил, что Екатеринбургская организация социал-демократов не имеет достаточных денежных средств и что последней предлагается срочно заняться сбором денег на нужды организации. Когда средств будет достаточно, Крестинский примет все меры к тому, чтобы «Уральский Комитет» был в городе Екатеринбурге и имел собственную типографию, а пока предложил обзавестись гектографом, на котором и отпечатать имеющуюся у него прокламацию…»
На Урале Н. Н. Крестинский встретил Февральскую революцию 1917 года. Сразу после нее перед большевистскими организациями встал целый ряд вопросов: об отношении к войне, Временному правительству, о тактике партии… В середине апреля Н. Н. Крестинский вместе с Я. М. Свердловым подготовил и провел в Екатеринбурге Первую (Свободную) Уральскую социал-демократическую конференцию. В страстной речи на ней Николай Николаевич да достойную отповедь «оборонцам», заявив: «Мы выступим проти буржуазного правительства и вырвем власть из его рук, чтобь передать ее в руки пролетариата и крестьянства». Конференция избрала Крестинского председателем областного комитета РСДРП(б). На VI съезде РСДРП(б) Крестинский заочно избирается членом ЦК партии.
Из воспоминаний ветерана партии К. Наумова:
«На Коковинской площади (там сейчас находится Центральный рынок) состоялся солдатский митинг. А к концу дня представители фабрик, заводов, воинских частей непрерывным потоком потянулись к оперному театру, традиционному месту для больших сборов.
Собрание открыл Н. Н. Крестинский. Он торжественно объявил о провозглашении Советской власти и об избрании Вторым съездом Советов нового правительства — Совета Народных Комиссаров во главе с Владимиром Ильичем Лениным».
После установления Советской власти на Урале Крестинский переводится на работу в Петроград, занимает должности члена коллегии Наркомата финансов, заместителя главного комиссара Народного банка. При его непосредственном участии идет национализация банков, создаются основы финансовой и юридической систем Советского государства.
В августе 1918 года Н. Н. Крестинский назначается наркомом финансов. Занимая эту должность, Николай Николаевич одновременно с ноября 1919 года становится ответственным секретарем Центрального Комитета партии. Именно Крестинский выступал с орготчетами ЦК на IX и X съездах РКП(б).
На X съезде произошел любопытный эпизод, на мой взгляд, ярко характеризующий личность Крестинского. Один из ораторов в своем выступлении назвал Николая Николаевича генеральным секретарем ЦК партии. Крестинский обратил на это внимание и в заключительном слове по орготчету заявил, что должности генерального секретаря не существует, все три секретаря ЦК (в то время — Крестинский, Преображенский и Серебряков) — равноправны. Как человек кристально честный и чистый, демократ до мозга костей, Николай Николаевич ни в коем случае не мог допустить «возвеличивания» собственной персоны даже в такой, казалось бы, безобидной форме. Что касается должности генерального секретаря ЦК партии, то она была введена через год после X съезда, и занял ее Сталин…
