– Перестаньте, сэр Фетмен, – устало отмахнулся Флай. – Положение чревато для нас всех, да-да, для Вас тоже, хотя непосредственно за Трассу Вы и не отвечаете. Сотрудничать нам надо, а не конфронтовать, хотя вот эту серую сволочь бестолковую, – он ткнул через плечо большим пальцем в сторону аббата Изегрима, – я бы охотно отправил не на Трассу, где он только и может, что изображать собою бледную немочь, а к биопам в кордегардию для милых плотских биопьих развлечений. Вот уж там-то он развернулся бы во все свои способности, причем раком!
– Вас бы на эту Трассу вместо меня, – окрысился серый, – вот и поглядел бы я.
– Может быть, вы и меня, все же, просветите насчет… что произошло, раз уж ввалились посреди ночи?
Флай скривился, как от зубной боли, и дернул подбородком в сторону аббата.
– Этот умник умудрился продиареить весь свой отряд до последнего серого, да вдобавок еще и добрый десяток боевых фантомов. Так что объект не только с Трассы не изъят, но на вооружении у него теперь помимо бластера еще и прорва иглометов.
– Сэр Наместник! Да, мы попали в засаду, но на разведку нам, как всегда, времени взять откуда? Кто мог ожидать, что объект умудрится собрать такие силы? Войдите в положение, мы несколько раз засекали беглецов с беспилотников внешнего наблюдения. Но флаттерами нам пользоваться не позволяют же-ж. Пока мы доберемся до места, беглецов уже и след простыл. Смывались, сволочи, да так ловко, что всякое новое обнаружение происходило в совершенно неожиданном месте. Господин секретарь Флай о сигнале с клонфильтра все время вспоминает, но мало поймать сигнал, надо понять, что это именно нужный сигнал. Вы знаете, сколько их, этих сигналов в эфире? Несмотря на запрещение? Да если и поймешь, что с того? Я же говорю, они на месте не сидят, сволочи. Мы перекрыли все возможные дороги, но все бестолку. Скорость нужна. Скорость.
– На этот раз серая сволочь права. А сэр Графенбергер на флаттеры для группы захвата своего единоличного согласия не дает. Требует коллегиального решения. "Братская могила" ему на таком приказе требуется в виде кучи наших согласующих подписей.
– Хозяин флаттер категорически не запрещал, – вмешался Фетмен. – Он только велел быть осторожнее и не навредить.
– Я-то это понимаю, – взвыл аббат, – да надо мною начальников сколько? И все нельзякают.
– Для Хозяина это оправданием не послужит.
– Я понимаю. Но что делать-то? Отследить объект я сумел. Я посадил человека следить за эфиром… этот научный актуализатор, я его знаю, он и на самом деле умный, сволочь. Помните, он говорил, что объект обязательно окажется там, где стреляют из бластера?
– Вот заладил, придурок чертов! – в сердцах рыкнул секретарь Флай. – Ты что, не слышал, как он это говорил? Он над нами издевался.
– Я, может быть, и придурок, а может быть и все наоборот, и придурок как раз не я. Актуализатор специально говорил так и провоцировал, чтобы его послали подальше. Чтобы когда все выйдет по его словам, оправдаться нам, трассовикам, было ой-как затруднительно. Он-то снова будет белый и пушистый, орать будет, я-мол, предупреждал! Я его знаю, как облупленного, и точно вам говорю, так и будет. Этот гад умен и хитер, и контакторы как-то ухитрился себе вживить, сволочь.
– В словах аббата есть резон, – задумчиво сказал Фетмен.
– Отследить объект мало. Даже перехватить, пока он смыться не успел, и то мало, как оказалось. Я и так с флаттером насвоевольничал. Без приказа. Своих людей с боевыми фантомами набил во флаттер, сколько влезло, и велел быть наготове в любую минуту. Вот и получилось, что мы были на месте через, можно сказать, считанные минуты после бластерного выстрела. Но нас оказалось мало. Мало! Объект нас ждал, перехитрил и подстроил ловушку. Может, он и стрелял-то нарочно, нас приманивал. Смотрите сюда.
Изегрим – даром, что глазастый лемур – довольно ловко опространствил участок карты: берег Луары у самой франконской границы. Посреди обширной заводи, можно сказать, почти озера, располагался франконский феодальный замок, к которому от берега шла длинная извилистая коса.
