– У нас новости, – произносит Корнеев, словно воина, которого никто не захотел слушать. – Один из пассажиров сбежал через окно, едва мы остановились. Васильевич оборачивается к Петру, его лицо на мгновение искажается удивлением, но тут же возвращается к обычному насмешливому выражению.
– Ну конечно. Убийца бежит, мы следим за всеми, но всё равно…
Пётр смотрит на него, затем на Корнеева, на несколько секунд задерживая взгляд.
– Кто?
– Не знаем. Кто-то из третьего вагона. Мы только начали проверку. Проводник утверждает, что это был мужчина, но ничего больше не заметил. Туман закрыл всё. Пётр опускает глаза к своему блокноту. Страницы переворачиваются одна за другой, пока он не останавливается на имени Михаила Громова.
– Проверим его купе. Сейчас, – его голос становится тверже, но без лишних эмоций.
Коридор третьего вагона кажется ещё тише, чем раньше. Люди почти не двигаются, их взгляды сосредоточены на Петре и Васильевиче, которые проходят мимо. Они останавливаются перед купе Михаила. Пётр осторожно толкает дверь, но она закрыта.
– Пусто, – произносит он, обернувшись к Васильевичу. – Уходим.
Корнеев подходит, его сабля слегка задевает стену, оставляя в воздухе тонкий металлический звук.
– Я отправил людей в лес. Если это он, то мы его найдём. Но у меня сомнения – этот человек мог просто испугаться. Пётр кивает, его мысли сосредоточены на списке, который теперь кажется ещё более важным. И в этот момент он замечает что-то странное. Буквы на билете убитой женщины теперь выглядят иначе под утренним светом. Он проводит рукой по странице, чувствуя шершавую текстуру. На билет нанесена маркировка, которую он не замечал раньше – небольшая печать с символом, похожим на голову орнашемуЭтот билет не принадлежит нашему маршруту. Она была здесь случайно, – произносит он, смотря прямо на Васильевича. – Это многое меняет.
Корнеев подходит ближе.
– Что вы нашли?
Пётр поднимает билет, показывая печать. Его взгляд становится более серьёзным, будто он понял, что перед ним новая головоломка.
– Это её связь. Кто-то привёл её сюда специально. Теперь нужно выяснить, зачем.
Васильевич хмыкает.
– Ну, у нас есть зацепка. Но давай сначала найдём нашего беглеца, а потом решим, что делать с этим билетом. Станция окончательно исчезает за горизонтом, и поезд снова набирает скорость. Пётр возвращается в коридор третьего вагона, останавливается напротив купе Михаила Громова. Дверь всё ещё закрыта, но он замечает маленький след от ботинка на полу рядом – будто Михаил только что вышел.
Корнеев проходит мимо, жестом указывая на проводника.
– Мы нашли в лесу следы, но они исчезают через пару сотен метров, – бросает он через плечо. – Кто-то пытался скрыться, но в темноте явно оставил нам подсказки.
– Или это просто случайный беглец, который напугался, – Васильевич отвечает почти равнодушно, поправляя свою шляпу. – Эти люди легко ломаются, когда есть кто-то вроде вас с саблей. Пётр тихо открывает дверь купе Михаила. Оно пустое. Кровать застелена идеально, но на столике лежит пачка бумаги с размытыми чернильными следами. Пётр прищуривается, замечая на поверхности бумаги легкие разводы, как будто Михаил писал что-то в спешке, затем остановился.
– Он ушёл не так давно. Возможно, ненадолго, – произносит он, выходя обратно в коридор. – Найдите его.
Корнеев кивает своим людям, и они медленно расходятся по вагонам, проверяя каждое купе. Шаги их эхом отдаются в тихом вагоне, где пассажиры стараются не привлекать внимания. Пётр наблюдает за происходящим, его взгляд постоянно возвращается к проводнику, который явно нервничает больше остальных. В какой-то момент он делает шаг к нему, почти незаметно.
– Что вы знаете о пассажирах? – спрашивает он тихо. – Всё, что угодно.
– Я… почти ничего, господин. Они покупают билеты, садятся, едут. Иногда разговаривают… Но этот Михаил – он странный. Сидел всю ночь, никому слова не говорил. Потом вдруг начал что-то шептать, когда думал, что его никто не слышит.
Пётр напрягается.
– Что он шептал? Слова.
– Я не разобрал. Но он говорил что-то о встрече. О том, что кто-то придёт.
Васильевич, стоящий рядом, слегка приподнимает бровь.
– Михаил явно что-то замышляет. И мне это начинает нравиться, – замечает он.
Но Пётр остаётся серьёзным.
– Найдите его. Быстро, – резко говорит он. – Мы теряем время. Проводник возвращается в коридор третьего вагона и что-то нервно говорит одному из пассажиров, но его голос слишком тихий, чтобы слова были отчётливыми. В это время Пётр двигается дальше по вагону, внимательно следя за каждым движением. Михаил всё ещё не появляется, а напряжение среди остальных усиливается – каждый взгляд несёт в себе подозрения. Корнеев стоит неподалёку, слегка опираясь на стену. Его урядники бегло проверяют купе, открывая и закрывая двери с резким звуком, привлекая внимание пассажиров. Один из полицейских задерживается у окна, потом поворачивается к Петрову.
– Здесь следы. На подоконнике пятно – будто кто-то опирался. Это с внутренней стороны.