— Оттуда нет выхода, — ответила Бри. — Чтобы оказаться на поверхности, мне придётся обойти зал. Меня поймают.
— Там есть потайной коридор, — хмыкнул заказчик. — Мы тебя выведем и прикроем.
«Будете прикрывать до тех пор, пока я не отдам сгусток…»
Бри прекрасно понимала, сколько ей осталось жить, однако спорить с заказчиком не стала и коротко ответила:
— Безусловно.
Собираясь действовать по собственному плану.
— Вот и хорошо… — протянул Авадонна, разглядывая Горелова через оптический прицел. — Сосуд на месте, осталось дождаться содержимого.
— Не ожидал, что Древнему подойдёт столь тщедушное тельце, — пробормотал сидящий рядом Гаап. — Как-то даже неудобно на это смотреть.
— Он далеко не слаб, — не согласился карлик.
— Я вижу, — кивнул Гаап. — Но внешне сосуд не идеален.
— Шаб тоже не отличался красотой.
— Я помню.
— Но получается, что внутри у тщедушного дохляка стальной стержень, — закончил Авадонна. — Он безумно силён и сможет удержать Древнего, невесты не могли ошибиться в выборе сосуда.
Хитрый Шаб рассматривал старух в том числе и как страховку на случай неприятностей и оставил чёткие инструкции по определению подходящего носителя. Ему самому страховка не пригодилась, но Безликому могла помочь.
— Стреляй дохляку в голову, в дырявый сосуд Древний не полезет, — улыбнулся Гаап и тут же уточнил: — Бри убьём?
— Конечно, — равнодушно ответил карлик. — Ведь кто-то должен ответить за разгром Смирения.
— Кто-то должен… — хмыкнул Гаап, а в следующий миг увидел трясущуюся от старости невесту, выбравшуюся на подиум из другой потайной дверцы, слева от алтаря. В дёргающихся руках, покрытых пигментными пятнами, старуха держала золотой сосуд, и Ястребиный догадался, что…
— Церемония началась, — прошептал Авадонна.
— Они собираются вернуть Безликого! — проревел Иннокентий, преодолевая по нескольку ступенек за прыжок. — И я не позволю им помешать!
— Зачем?! — закричала бегущая следом Порча. — Почему?
— Я хочу домой! — взвыл в ответ Кросс. — Ленка, ты не представляешь, как я хочу домой. А секрет перемещений знает только Безликий! Единственный из Древних! Он придумал его, чтобы добраться до Элизабет! Господин вернёт меня домой!
Один раз им навстречу попалась старуха — толстяк снёс её с дороги, как пушинку, толкнул, уронил и безжалостно пробежал сверху, продолжая кричать:
— Они собираются вернуть Безликого!
И может быть, поэтому их никто не останавливал. Скорее всего, узкая винтовая лестница была надёжно защищена от вторжения, но невесты поняли, что приближается союзник, и не мешали Иннокентию.
Он без помех добрался до нижнего уровня и распахнул потайную дверцу в тот самый миг, когда внутри началась стрельба.
Ведь применять магию Авадонна и Гаап не могли — не хотели быть узнанными, и потому использовали автоматическое оружие. Они принесли в «ложу» лёгкие пехотные пулемёты и теперь щедро заливали свинцом зал, безжалостно истребляя невест. Точнее, не только невест: Гаап вёл огонь по толпе, расчищая Бри путь к сгустку, Авадонна стрелял по Фёдору, планируя превратить сосуд в дуршлаг, но…
В тот самый миг, когда карлик надавил на спусковой крючок, ближайшая старуха бросилась вперёд и закричала, принимая в себя предназначенные Фёдору пули, а ещё одна, та, что стояла позади, толкнула Горелова в сторону.
— Спасайтесь, господин!
Куда спасаться? Ведь вокруг — ад. Паника и ужас. Престарелые невесты бестолково носятся по залу, толкая друг друга и затаптывая упавших. Сверху льётся свинцовый дождь, и нет никаких сомнений в том, что выбраться через узенькие двери ему не позволят.
— Сгусток! — слышит Фёдор, поворачивается и видит здоровенного, очень толстого мужика, с трудом продравшегося через потайную дверцу. Но не из зала, а в зал. В руках мужика автоматические пистолеты, из которых он стреляет куда-то вверх, в противоположную стену, но при этом движется к Фёдору и орёт: — Сгусток!
И Горелов понимает, как можно спастись из этого ужаса — довести церемонию до конца.
«Сгусток!»
Стать другим. Стать сильным. Стать тем, кем предначертано.
Стать владыкой Земли.
— Скорее! — кричит здоровяк, стреляя в амбразуры, которые видит благодаря умению.
А в ложе стоит шум.
— Она обманет! — кричит Гаап карлику. — Я ей не верю!
— Иди к южной двери!
— Да!
Ястребиный откатился от амбразуры, схватил короткоствольный автомат и выбежал из ложи, на ходу натягивая на голову чёрную лыжную маску. Авадонна остался один.
