- Благодарю за лестные слова, - как мог, приосанился раненый. - Однако что касается гугенотов… им нет никакого смысла убивать короля. Напугать - да, но не убивать. Клан Медичи - католический клан, и вместо малолетнего наследника страной бы стали править католики, да еще самые упертые! Нет, убить хотели не гугеноты…
- Тогда, значит, ваши, католики.
- Католики, - серьезно кивнул Жан-Поль. - Но - не наши.
- Как это - не ваши? - удивился Иван. - А какие же?
- Аристократы! - негромко пояснил нормандец. - Потомки и родичи самых известных родов - Конде, Гизов. О, это та еще клоака! Вот они-то как раз и могли рассчитывать усадить регентом своего человека. Постойте-ка… - Жан-Поль внезапно осекся. - Значит, кроме нас и гугенотов в засаде был и кто-то третий. Он и стрелял на поражение. Не попал - спугнули. Третий… Да, этот дом - больно уж удобное место… Вас больше никто ни о чем не просил?
- Нет, никто! - поспешно - слишком поспешно - откликнулся Иван. А у самого уже давно засело в голове: Камилла! «Бель анконю». Так вот зачем все, оказывается… У юноши было такое чувство, будто его использовали, как губку - вытереть кровь. Использовали - и выкинули. Верней - не успели. Вспомнился вдруг тот человек в сером плаще, с холодными глазами убийцы. Ох, не зря он так сноровисто махал кинжалом… И если б не плащ…
- Вот что, парни, считайте, что мы счастливо отделались, - откинув со лба волосы, заключил Жан-Поль. - Я вас втянул - тебя, Иван, - и в этом признаюсь, виноват. Но Мити и Прохора втянул ларошелец Рене. Вы с ним говорили?
- С тех пор - даже не видели, - признался Митрий. - Ни на лекциях нет, ни дома. Его сосед по апартаментам, толстый Робер, ничего не знает.
- Это плохо, что не знает, плохо. - Нормандец поджал губы. - Эх, скорее бы выздороветь! У меня много друзей в Латинском квартале - если кто-то будет про нас выспрашивать, узнаю сразу.
- Будем надеяться, - усмехнулся Иван.
Он хотел было еще раз напомнить, что это именно Жан-Поль втянул его в чужие опасные игры… Но осекся. Ведь выходило - не только Жан-Поль. Да и вообще, нормандец сыграл во всем случившемся отнюдь не главную роль, отнюдь…
Камилла! Использовала - во всех смыслах использовала - и за ненадобностью выкинула. Вот змея! И все же Иван не чувствовал к ней такой ненависти, какую, наверное, должен был ощущать, ведь воспоминания о встрече с «бель анконю» были окрашены в столь романтические тона… Сказать по чести, юноша не отказался бы и от еще одной встречи… И даже - не от одной. Пусть это опасно, пусть грозит смертью, но ведь Камилла настолько… Иван покраснел вдруг, устыдившись собственных мыслей, - а не слишком ли быстро он забыл Василису?! Синеглазую девушку с толстой темно-русой косою, что ждала его в далеком Тихвинском посаде… О нет, не забыл, как можно было такое подумать! Василиса - это то, настоящее, ради чего стоит жить, а вот… а вот Камилла… Да, красивая, интересная… Но чужая! Увлечение - ничуть не более… как и он для нее. Впрочем, нет, он для Камиллы оказался отнюдь не простым увлечением… Был использован! Ловко и цинично использован. Так же, как и Жан-Полем. Или Прохор с Митькой - гугенотом Рене. Господи, как же надоело играть в чужие игры!
В университете, на лекциях, было довольно спокойно. Нет, конечно же, слухи о покушении на короля вовсю обсуждались, но без особого остервенения, на обычном, так сказать, эмоциональном уровне. Незаметно пролетела неделя - и ничего. Правда, так и не объявился Рене Мелиссье - и вот это тревожило. А что, если он схвачен? Подвергнут пыткам? Тогда следующие - Митька с Прохором. Впрочем, пока их никто не трогал. Значит, Рене бежал или убит… Или - еще не пойман, скрывается. А вдруг попадется, и что тогда? Весьма, весьма неприятное чувство. Теперь получалось, что именно Рене по-настоящему подставил ребят, ведь от исполнения просьбы Жан-Поля сейчас больше не было никаких хлопот, все они остались в недавнем прошлом - потасовка, беготня по крышам, мужик в сером плаще. Впрочем, «серый», по всему видно, не от Жан-Поля, нормандец божится, что не от него, и, похоже, вполне искренен. Значит…
Значит, это привет от Камиллы! Привет, который мог бы стать для Ивана последним. Если б не плащ, если б не неизвестный гугенот, если б не неожиданная помощь Жан-Поля. Эх, Камилла, Камилла, «бель анконю»… И все же - как ты обаятельна, обворожительна, красива! И именно от тебя - или от тех, кто за тобой стоит, - нужно в любой момент ожидать удара! Выследить, отыскать, устранить нежелательного свидетеля - что может быть необходимей? За Камиллой наверняка стоит третья сила - аристократия, весьма неразборчивая в средствах. Впрочем, здесь в средствах все неразборчивы.
