- Он неплохо бьется, - с улыбкой поведал художник. - А я, знаете ли, занимаюсь иногда устройством боев. Нет-нет, все по-честному, этот парень смог бы заработать неплохие деньги. Если увидите, передайте ему, хорошо? Пусть заглянет… гм… ну, хотя бы в эту закусочную, я здесь бываю почти каждый вечер. Так передадите?
- Если увидим - обязательно, - клятвенно заверил Иван, наступив под столом Митьке на ногу. Вообще-то тот самый «рыжебородый верзила», о котором столь навязчиво расспрашивал художник, должен был вот-вот прийти.
Художник… Возможно, он и в самом деле устраивал кулачные бои. А возможно - и нет. Шпик?! Очень может быть. А может, и нет. Но лучше уж принять меры.
- Ой, - сжался вдруг Митька. - Пойду отолью - уж больно приспичило.
Он тут же ускакал, держась за живот, а Ивану пришлось извиняться:
- Увы, мой младший приятель еще недостаточно воспитан.
- Ничего-ничего, - благодушно хохотнул Дюпре.
Но взгляд его - Иван это хорошо заметил - вдруг на миг вильнул в сторону уходившего Митрия. С чего бы художнику так интересоваться отроком? Или он тайный содомит?
Иван украдкой осмотрел закусочную. За крайним столом собралась компания зеленщиков или мелких торговцев, где бурно обсуждались цены на овощи и сыр, рядом, за средним столиком, сидели какие-то старики, у стены - еще трое мужчин, которых уж никак нельзя было принять за студентов - явно возраст не тот. Значит, если это шпик, ищут среди студентов. Уже ищут. Рене признался под пытками? Но почему тогда спрашивают только Прохора? А потому что он самый заметный - эх, как махал кулачищами, слепой заметит! Вот и приметили. Значит, это не Рене, просто случай. Если этот Дюпре и в самом деле - соглядатай…
Радостный, за стол уселся Митька. Улыбнулся довольно:
- Фу-у, думал - лопну! Теперь можно и вина попить, а, месье художник? Вы какими красками пишете, масляными или, может быть, киноварью?
- Давайте-ка лучше выпьем. Вы мне очень понравились, парни!
Ага! Не ответил на вопрос о красках. Никакой это не художник - шпик! Интересно, Митрий предупредил Прохора? Судя по довольной физиономии - предупредил. Теперь бы и самим уходить, только как избавиться от соглядатая?
- Значит, вы каждый вечер здесь? - поднимая бокал, уточнил Иван.
- Да-да, пусть этот рыжий парень приходит. Он не пожалеет, клянусь Пресвятой Девой! Да и вам, - художник неожиданно подмигнул, - кое-что перепадет!
- Да, - алчно улыбнулся Митрий. - Десяток-другой су нам бы не помешали!
- Су?! - насмешливо ухмыльнулся Дюпре. - Речь идет о ливрах, мои юные господа!
- О ливрах?! Ну надо же!
- Да-да! Кулачные бои - очень выгодное дело, знаете ли. И за хорошего бойца не жалко никаких сумм.
- Ну и повезло же нам, а, Жан?! - Митька хищно потер руки. - Вот уж не знаешь, где найдешь, а где потеряешь. Обязательно отыщем вашего рыжего, месье художник. Отыщем, чего бы нам это ни стоило. Только сразу предупреждаю - не забудьте об обещанных ливрах!
- Да-да, не забудьте, - озабоченно поддакнул Иван. - А то, знаете, есть такие, что поначалу обещают, а как доходит дело до расплаты…
- О, не беспокойтесь, я не из таких! - Художник горделиво выпятил грудь. - Если уж сказал - заплачу, так заплачу, можете не сомневаться! Только приведите мне кулачника.
- Уж постараемся… До скорой встречи, месье Дюпре. Было приятно познакомиться.
- До встречи… Вообще, мне очень нравится ваш настрой, парни!
Едва юноши вышли, как месье Дюпре пересел за столик к зеленщикам. Те сразу прекратили спор:
- Ну как? Что нового выведал?
- Этот рыжий верзила - точно студент. Парнишки обещали его сюда привести.
- Хм… Мало ли, чего они обещали. Ты сам-то как думаешь, приведут?
- Приведут, - осклабился Дюпре. - Или я плохо знаю людей. Видели бы вы их рожи, когда я упомянул о ливрах. Заметьте - только упомянул.
- Не знаешь, тот пойманный гугенот не заговорил?
- Нет. Умер под пытками.
- Жаль… Кто ж так пытал? Не иначе - братец Клотар?!
- Он… Что и говорить - перестарался. Уж останется теперь без половины жалованья, если вообще не выгонят.
- Не выгонят. Где еще такого палача найдут?
- Это верно…Эй, Ганье, кабатчик! А ну, тащи сюда вина. Да только не того пойла, что подавал студентам!
А парни - Иван, Митька и дожидавшийся их за углом Прохор - живо припустили домой. Было о чем подумать! Тем более что Прохор сообщил не очень-то радостную вещь - оказывается, на кафедрах интересовались сразу двое!
- Один, судя по одежке, гугенот, другой - аристократ, одетый как испанский гранд. Оба уже немолоды, с одинаковыми седыми бородками.
- Этого еще не хватало! - Иван с чувством сплюнул на мостовую. - Не понимаю только, с чего бы нами интересоваться гугенотам?
- Именно нами интересовались? - уточнил Митрий.
- Сказали - русскими. - Прохор скрипнул зубами. - Видать, Рене не выдержал, выдал.
- Так ты думаешь, его схватили?
- А иначе как объяснить?
- Да-а… дела…
- Бежать надо, ребята! Бежать! И так уже здесь засиделись.
