- Не за что, Юленька. Если еще чего - только скажи. И… Красаву не трогай, пожалуйста, она еще маленькая, глупая. Напридумывала себе всякого… Не обращай внимания.
Кузьма, когда Мишка пришел к нему просить новый самострел, нисколько не удивился:
- Давно пора, Минь, я уже сам тебе хотел сказать. Старый самострел для тебя уже слабым стал, да и механизм мы теперь новый делаем. Помнишь, ты мне рисовал?
- Так что, у тебя уже готовый есть?
- Есть, только я еще хотел костяные накладки сделать, чтобы покрасивее…
- Да не надо мне никакой красоты, давай, показывай.
Кузька полез куда-то за верстак и принялся там копаться, тихонько поругиваясь и перекладывая какие-то заготовки, железки, коробки. Как и у всякой уважающей себя творческой личности, в мастерской у него царил жуткий беспорядок. Покопавшись некоторое время и не обнаружив искомого, Кузька, не вылезая из-за верстака, заорал:
- Трошка! Где самострел, который для старшины готовим? Трошка!!!
- Чего? - Раздалось из-за стены, где гудело пламя в горне и гремели удары кузнечных молотов.
- Поди сюда!!!
- Здесь я уже.
В дверном проеме стоял Трофим, тот самый парнишка, которого Кузьма отыскал среди холопских детей и сделал своим помощником. У парня действительно оказался талант к механике - это он, на удивление всем, придумал вставить пилы на лесопилке в дубовую раму и, с помощью клиньев, натягивать их, как струну. В результате пилы перестали гнуться и лесопилка, наконец-то заработала нормально.
- Трошка, где самострел для старшины?
- Так вон же, на полке, в тряпицу завернут. Ты же сам велел туда положить.
- Велел, велел… - Кузька, вылезая из-за верстака ворчал, как старый дед. - Раз велел, значит, надо было. Давай сюда.
Мишка взял самострел в руки, осмотрел и удивленно глянул на Кузьму.
- Кузь, а что такое с рычагом?
- А что с рычагом? Нормальный рычаг, только его не ногой давить надо, а рукой тянуть. Дед Корней велел так сделать, чтобы для перезарядки с коня не слезать каждый раз.
Мишка попробовал взвести новый самострел, получилось, но с великой натугой. Щелкнул спуском, попробовал еще раз. Тоже получилось, но с кряхтением, переходящим в стон. На третий раз Мишка уже не отважился - заболело плечо, мелко тряслась от предельного напряжения правая рука.
- Кузька, ты что, с ума сошел? Это ж какая сила нужна… Чего ты лыбишься, механикус?
- Трошка! - Радостно заорал Кузьма - Подставляй лоб! Два щелбана проиграл!
- Нетушки! Ты сам мне пять щелбанов должен за наставника Андрея! Скажи спасибо, что он только пять раз взвел, мог бы и больше. Вот увидишь, скоро придет просить, чтобы потуже сделали.
- Пять, пять… Обойдешься! Слыхал, Минь? Мы Немому самострел изладили, вот силища-то где! С шестидесяти шагов пробил щит, два слоя кольчуги и столб, на котором это все висело. И дальше бы болт улетел, да перья обломал и в землю пошел.
- Кузька, я же не Немой! У меня и от двух раз рука онемела и к плечу завтра не притронуться будет!
- А ты тряпок под рубаху напихай, там, где приклад в плечо упирается. Дед Корней сказал: "Поупражняется - привыкнет". Зато удобно как! В землю упирать не надо, стрельнул, за рычаг схватился, раз и готово!
- Кузька, а этот самострел туже моего старого?
- Ага. Прежний у тебя чуть меньше пяти пудов тянул, а этот восемь!
- Да ты что? Я же жилы порву!
- Не порвешь. На старом рычаг чуть больше, чем на четверть круга проворачивался, и давал увеличение силы три к одному, а на этом рычаг полкруга проходит, и увеличение дает четыре к одному. Так что, ты только два пуда рукой тянешь. Привыкнешь.
- Кузька, ты, видать, забыл, чему я вас учил. Самострел хорош тем, что из него может стрелять и раненый и уставший. Помнишь? А здесь что? Какой раненый два пуда вытянет?
- Жить захочет - вытянет! Помню я все. Так, как ты учил, мы для баб и девок делаем, да и то… Знаешь, какой самострел мы для матери изладили? На десять пудов! И ничего, взводит, веса хватает.
